Аларания

Среди песков русалка быстро теряла силы и, возможно, Арххаррион был прав, когда не хотел брать моих друзей с собой. Но теперь уже поздно сожалеть об этом – все мы отправились в Черту добровольно.

***Я не знала, как Рион ориентируется в пространстве черного песка, как чувствует время. Казалось, что идем мы уже несколько не часов, а дней… Даже мой Эххо успокоился, жался к ногам, заворачивался вокруг меня потоком ветра. Моему лейлу в Черте было неуютно.

Вскоре Рион приказал всем взять по сфере, и мы послушно сжали их в ладонях, ощущая блаженный приток жизни.

После сфер все взбодрились, пошли веселее и быстрее, хотя вокруг была все та же пустыня. Нити-искры по-прежнему вспыхивали вокруг, но порой мне казалось, что их становится больше. Только по этим моим странным ощущениям мы и двигались, и я упорно отгоняла от себя мысли, что могу ошибаться. Я не имела права на ошибку, потому что все мы уже зашли так далеко в Черту, что, возможно, не сможем вернуться… даже с помощью сфер. К тому же и сфер становилось все меньше. Чем дальше мы уходили от нормальной земли, тем быстрее песок вытягивал наши силы и жизнь и тем чаще приходилось подпитываться.

Не знаю, сколько прошло времени, когда мы увидели… озеро."

"Большое круглое озеро посреди черного песка. Я протерла глаза, не доверяя своему зрению, но тут Ксеня неуверенно спросила:

– Только я это вижу? Там вода?

– Вода… – прошептала Солмея.

У всех словно сил прибавилось, и мы пошли быстрее, почти побежали, остановились на берегу, с изумлением разглядывая озеро.

– Рион, разве в Черте может быть вода? – неуверенно спросила я, как и все, не решаясь прикоснуться к такой манящей глади.

Он пожал плечами, присел, настороженно рассматривая зеркало такого красивого озера, от которого чуть пахло тиной и рыбой, тянуло свежестью, и мы с наслаждением подставили ветерку свои пыльные лица.

– Да чего вы застыли? – изумился Данила. – Купаться! Вот повезло, на озеро вышли!

– Стойте, – одновременно сказали Рион и Солмея.

Русалка глянула хмуро.

– Я не чувствую воду. Глаза видят, уши слышат, но не чувствую… Это не вода.

Мы застыли разочарованно. Не доверять сирене, для которой вода – суть, было бы глупо.

– А что же это? – устало спросил Шайдер.

– Кажется, я знаю, – удивленно произнес Анташар, – это Грань… Это вход в Грань.

Я присела на корточки, вглядываясь в зеркало «воды». Там, с другой стороны, было то, что я приняла за водоросли и рыбок: мертвый лес и проплывающие мимо тени. Я резко отпрянула.