Аларания

Конечно, это был бы выход, но только как быстро Шайдер забудет, что помолвка фиктивная? Начнет воспринимать ее как настоящую и предъявлять на меня права?

Поэтому я покачала головой.

– Боюсь, уже поздно спасать мою репутацию, – усмехнулась я. – Да и потом, меня она мало волнует с некоторых пор. А от ненужного внимания я смогу себя уберечь. Но… спасибо, Шайдер. Я знаю, ты хотел помочь.

И по мелькнувшему в его глазах разочарованию поняла, что поступила правильно. Не стоит давать Шайдеру надежду на то, чего никогда не будет.

– Знаешь, ко мне в руки попала одна рукопись, – перевела я неприятную тему, – но часть текста написана рунами, я не могу прочесть. Поможешь?

Я протянула ему записки матушки Бриар. Исследователь в Шайдере на миг победил влюбленного мужчину, и он заинтересованно всмотрелся в текст.

– Где ты это взяла? – поразился он. – Это ведь рукопись, написанная Амалией Видящей, очень известной магианой Империи! Видишь, вот тут ее знак? Но я думал, что читал все ее исследования!

– Эту рукопись она написала уже перед смертью, – вздохнула я.

– Ты позволишь?

Шайдер углубился в чтение, потом с азартом схватил чистую бумагу и принялся выписывать руны, бормоча себе под нос. Я с облегчением вздохнула, радуясь, что из его глаз пропало это тоскующее выражение и теперь они горели азартом ученого.

Глава 4

Эльф не оставил своих попыток добиться моего расположения. Но подарки дарить перестал, по крайней мере, такие личные.

А однажды он торжествующе вручил мне свиток с печатью Радужной Империи: над бумагой сияла маленькая разноцветная радуга и медленно всходило солнце.

– Личное приглашение Императора на бал в честь основания Империи!

Я еще полюбовалась удивительной радугой и отложила приглашение в сторону.

– Я благодарна Императору за оказанную мне честь. Но, к сожалению, не смогу посетить этот бал. Прошу передать мои извинения.

– Но Ветряна! – опешил лорд Эльвон. – От приглашения Императора не отказываются!

– Увы, я вынуждена это сделать. Я не покину Риверстейн. Надеюсь, Император меня простит, – равнодушно произнесла я.

Кллариус, не отрываясь, смотрел на меня фиолетовыми глазами.

– Ветряна, почему вы отказываетесь? – спросил он.