Адептка драконьего генерала. Чужая невеста

 – Тебе не о чем беспокоиться, Паола. Только держи это в тайне.

Значит, все-таки слышать чужого дракона – странно и неправильно… Еще одна вещь, которую мне придется тщательно скрывать. Как будто мне своих тайн мало! Стоило переступить порог академии, как на меня посыпались новые. Разговоры с чужим драконом, знак чужого рода, запретный поцелуй, который подстегнул мою магию. В какую неприятность я вляпаюсь следующей?

Наверное, чувства отразились на моем лице, потому что Рилун продолжил успокаивающим тоном:

– Ты стала сильнее, и это главное.

– Я была бесполезна в бою.

Эти слова вырвались сами. Генерал отмахнулся:

– Не все сразу. Помни о своей цели. Чтобы стать воплощенной, придется потрудиться. Я жду от тебя должного усердия. И в освоении артефакторики – тоже.

Мне показалось, что он хотел сказать что-то еще, но одно из колец на его руке вспыхнуло. Рилун сразу же нахмурился и коснулся другого, портального.

Когда вокруг нас вспыхнули вихри магии, я испытала облегчение. Нагоняя удалось избежать, как и объяснений. Теперь мы стояли у ворот общежития. Солнце уже село, на верхних этажах башни не светилось ни одного окна.

– Мне пора на границу, – подтвердил мою догадку куратор. – Там сегодня снова неспокойно. Следи за своей магией.

Я торопливо распрощалась с ним и проскользнула во двор. В холле тоже было темно и тихо.

В замешательстве я повесила плащ на вешалку у входа. Потом пересекла холл и заглянула в комнату. Она оказалась не пустой – Дэйю, Дэмин и Танзин восседали за столом и мрачно смотрели в одну точку.

– Что за похоронное настроение? – осторожно поинтересовалась я.

Все трое резко вскинули головы и уставились на меня в немом изумлении. Танзин первым подскочил со стула и оказался рядом. Осторожно пощупал мой рукав, будто хотел убедиться, что перед ним не иллюзия. А затем с облегчением выдохнул:

– Все-таки ты выжила!

Я не успела ответить ему, как Дэйю тоже подошла ко мне. Она с упреком произнесла:

– Мы уже думали, что ты не проснешься. Генерал Рилун забрал тебя, а нас в лазарет не пускал.