Злые чары Синей Луны

Итак, в чем дело? Снова беспорядки в порту? Не понимаю, откуда у них столько энергии…

— Эти двое стражей пребывают в заблуждении, что они скоро покидают город, — напряженно произнес майор Глен. — С этого момента ты уполномочена прибегать к любым необходимым средствам, дабы предотвратить их отбытие, пока нам не удастся вбить немного здравого смысла в их тупые, упрямые головы.

— Не надо так шутить, — мгновенно откликнулась Мистика. — Я не стану делать ничего, могущего навлечь на меня недовольство этих двоих. И никто из работающих на Стражу колдунов не станет — если только он не совсем дурак.

— Мы покидаем Штаб прямо сейчас, — сказал Хок. — Если кто-нибудь попытается заступить нам дорогу, мы пришлем его вам по почте. Мелкими бандеролями.

— Не стоит беспокоиться о прощальных рукопожатиях или наградных часах, — добавила Фишер. — Лично меня подобная суета всегда ужасно огорчает."

"Не дожидаясь ответа, они покинули кабинет. Сопровождавшие их констебли давным-давно испарились. Самые умные скрывались, пока все не закончилось.

— Итак, — произнесла Фишер, — после всего, что мы для них сделали, после того, как мы столько раз спасали этот мерзкий городишко, мы снова сами по себе. Ни помощи, ни поддержки: только ты и я против всех остальных.

— Так лучше всего, — ответил Хок. — Ни сложностей, ни обязательств, ни столкновения интересов или конфликта приоритетов только мы против всех остальных.

— Мы против целого света, — заключила Фишер.

Они встретились с Чансом и Чаппи в опустевшем порту, как и договаривались. Кругом царили тишина и покой. Все стражи и забастовщики сейчас зализывали раны по домам и обдумывали новые планы. В порту двигались только зомби. Они работали безостановочно, разгружая корабли и унося товары со спокойной, жутковатой аккуратностью. В небе над гаванью молчаливо кружили стервятники, привлеченные запахом мертвечины, но защитные заклятия не давали им спуститься и попировать.

Хоку с Фишер и Чансу пришлось привязать коней на значительном расстоянии от доков: один только запах работающих мертвецов заставлял скакунов прижимать уши и закатывать глаза. Чаппи сузил глаза, так что они превратились в щелочки, и всю дорогу держался поближе к другу, грозно ворча вполголоса.

— Скажи мне еще раз, что это хорошая идея, — не унимался Чанс, игнорируя пса с легкостью, изобличающей долгую практику.