Злые чары Синей Луны

 — К ним прибегаешь только в тех случаях, когда все остальное не помогло. Вот почему я здесь, так далеко от дома. Защищая свою дочь, я защищаю свои интересы. Смерть Харальда все разрушила. С ним я мог разговаривать. Мы понимали друг друга. Пусть у нас и случались мелкие разногласия на границе, — просто чтобы посмотреть, кого и насколько можно подвинуть при помощи военных действий, — но никогда ничего серьезного.

— Для тех, кто погиб в этих стычках, все складывалось достаточно серьезно, — возразила Фишер.

— Солдаты, — отмахнулся герцог. — Всего лишь солдаты. Они сражаются за деньги и умирают, если это необходимо.

Он медленно поднес ко рту стакан с вином. Кожаные ремешки и стальные тросики, поддерживающие его руку, чуть слышно поскрипывали. На каждом пальце старика имелись отдельные тонкие пластинки кости и металла, скрепленные на месте суставов, словно экзотический внешний скелет. Герцог проследил за направлением их взглядов и издал сухой смешок.

— Артрит. Каждое движение причиняет мне мучительную боль.

Без этой колыбели и хитрого колдовства, которое соединяет всю конструкцию, я остался бы прикованным к постели беспомощным калекой. Но я пока не готов отдать свою жизнь болезни. Мне еще очень много предстоит сделать.

— Существуют лечебные заклятия, — напомнила Фишер.

— Отдать мое благополучие в руки колдунов? Никогда! Я останусь хозяином своей судьбы, чего бы мне это ни стоило. Я пользуюсь только самой необходимой магией, не более того.

— Видишь тот полированный черный камень у него на шее? — показала Фишер Хоку.

 — Это Полуночный Амулет. Очень старый. Поговаривают, он попал в Герцогство под горой вместе с первым герцогом Старлайтом, украденный из сокровищницы Лесного замка. Он защищает того, кто его носит, от любого физического и магического нападения. И пока эта штука у Арлика, на него не действуют не только враждебные, но и лечебные заклятия. Разумеется, он мог бы снять Амулет и позволить себя вылечить, но тогда он временно оказался бы уязвим для магического нападения. А ведь у вас столько врагов, не так ли, герцог? Поэтому вы прячетесь за Амулетом, защищенный равно и от врагов, и от друзей, — искалеченный старик, ползущий навстречу смерти и обреченный собственными деяниями на вечные муки!

— Вы очень хорошо информированы, капитан, — заметил герцог, не меняя выражения лица. — Но в подобных местах всегда ходят сплетни. Да, у меня много врагов, и я ни о чем не жалею.