Жестокий роман. После (СИ)

Такое странное чувство. Сердце сжимается. Дыхание перехватывает.

Вижу. Но ещё не осознаю. Невольно моргаю.

— Мама! Мамочка!

Детские голоса прорезают сознание.

Две маленькие фигурки. Темноволосый мальчик и светловолосая девочка. Они несутся ко мне наперегонки.

— Мамочка!

Приседаю на корточки, как раз когда они подбегают ко мне. Обнимаю своих малышей."

"Мой пульс сходит с ума. Перед глазами все расплывается.

— Я решил, здесь дети будут в безопасности, — заявляет Марат.

23

— Мам, у нас теперь свой парк, — говорит Микки.

Мой мальчик сияет от счастья. Разводит руки в стороны, показывая размеры парка. В его черных глазах вспыхивает восторг.

— Там фонтаны, — прибавляет Микки. — Вот такие!

— Марат сказал, мы можем играть там, — заявляет Бекки. — Сколько захотим.

— Прятаться нельзя, — вздыхает сын.

— Да, — кивает дочь. — Прятаться он нам запретил.

Дети поглядывают на Марата. С интересом. Без намека на страх. Замечаю, что он совсем их не пугает. И это меня напрягает.

Обычно мои дети реагируют иначе. Не доверяют посторонним людям. Они открытые, общительные, но четко ощущают черту и никогда не пойдут за незнакомцем.

Даже в благополучных районах случаются темные истории. Похищения среди бела дня. Поэтому мы с Бьорном воспитывали малышей так, чтобы никаких проблем с безопасностью не возникало.

У нас свои правила. Мы оба слишком хорошо знали сколько в окружающем мире зла, как легко можно попасть в ловушку.

Наши дети и так достаточно пережили.

Марат ловит мой взгляд и усмехается.

“Ну что, вычеркнула меня? Справилась?” — будто спрашивают его черные глаза.

Перевожу взгляд на Микки.

Они похожи. Глупо отрицать. Но это же только внешность. Если судить по ней, то Микки похож на любого другого темноглазого брюнета.

— Охрана не могла нас найти, — продолжает дочка, и в ее голосе улавливаю ноты гордости. — Мы просто сделали, как ты нас учила, мам.

— Хорошо, — улыбаюсь.

— Что хорошего? — хмуро спрашивает Марат. — Их только под вечер нашли. После этого я велел установить больше камер. Детей нельзя оставлять без присмотра.

— Но иногда прятаться можно, — пожимаю плечами.