Железное пламя

Минутку, это что, и вправду единственная этическая преграда?

– Уверена? – Сойер склонил голову набок. – Скажи только слово – и мы ее закопаем. У нас еще осталась пара часов до инструктажа.

«Хорошая мысль. Мне бы не мешало перекусить».

Тон Андарны был неприлично восторженным.

«Мы не едим союзников», – укорил ее Тэйрн.

«Как же с тобой скучно».

Я улыбнулась от всей души.

– Спасибо за предложение.

Мы вошли в библиотеку, и я глубоко вздохнула. Запах в этой двухэтажной комнате отличался от того, что царил в Архивах в Басгиате.

Может, камень не говорит, но книги не молчат.

– А зачем мы вообще сюда пришли? – спросил Ридок, когда я скинула рюкзак с плеча на первый попавшийся пустой стол. Он махнул на Сойера, который вглядывался в дальнюю часть зала.

– Восстанавливаю равновесие. – Мой ответ заработал два очень озадаченных взгляда. – Текарус после доставки вчерашней партии оружия прислал мне с Ксейденом несколько книжек – видимо, еще надеется умаслить. – Я достала шесть его подарков один за другим, сложив их стопкой, а наверху водрузив защитный чехол с дневником Уоррика. – Кровланский – не моя сильная сторона.

– Кровланский – ничья не…

Я усмехнулась, когда Сойер осекся на полуслове при виде Есинии.

«Доброе утро», – показал он мне знаками.

– Так правильно?

– Точно.

Сойер двинулся к Есинии."

"– Если бы его обучал я, получилось бы смешнее. У нее отличное чувство юмора, – проворчал Ридок.

– Он учится знакам! – Рианнон улыбнулась и присела на край стола.

Мы бесстыдно наблюдали, как Сойер здоровается с Есинией.

– Все, уже возвращается? – Ридок выгнул бровь.

Я глянула на часы.

– Он знает-то всего четыре фразы. Но быстро учится.

– Значит, кровланский – это то, в чем хороша Есиния? – спросила Ри, взяв верхнюю книгу – кажется, историю первого появления вэйнителей после Великой войны.

– Нет. – Я покачала головой, и тут – ровно в семь тридцать – открылась дверь. Точен как часы. – Это он в нем хорош.

– Серьезно? – пробормотал Ридок, когда я поднялась из-за стола.

– Ты меня звала? – Даин сложил руки на груди. – По собственной воле? Без приказов и всего прочего?

На секунду я заколебалась.