Жар огня

И даже если решающую роль сыграли цветы ассании – пусть! Главное, что он этого действительно хотел. Как и я – еще раз ощутить вкус его губ, уж теперь можно себе признаться.

– Лоран! – Мне навстречу бросился взволнованный Харн. – Это правда? Ты согласилась?

Уже узнал? Я пытливо всматривалась в лицо опекуна, но видела лишь волнение и затаенную радость.

– Ты рад? – осторожно уточнила, не веря глазам своим.

– Я счастлив! – рассмеялся Харн и, подхватив меня на руки, закружил.

Взвизгнув, я стала умолять меня поставить на место и была рада ощутить под ногами твердую поверхность.

– Не ожидала, что ты так отреагируешь.

– Дай мне порадоваться, я этого слишком долго ждал.

– Ждал?! – усомнилась я, и закрались сомнения. Мы или говорим о разных вещах, или мир точно сошел с ума. Не желая затягивать двусмысленную ситуацию, я оголила брачную татуировку.

Нет. Я и без слов убедилась, что определенно нет. Лицо принца закаменело, и он взглянул на меня так, словно я ему кинжал в сердце вонзила. Изменившись в лице и помрачнев, больно схватил меня за руку, проводя по коже, как будто желая стереть татуировку.

Меня буквально хлестнуло коротким, властным вопросом:

– Кто?

Стало страшно. Я не узнавала Харна. Никогда его таким не видела.

– Лорд Хэйдес.

– Я убью его!

Принц, всегда владеющий собой, сейчас вышел из себя, и я испугалась за Лоргуса.

– Харн, подожди!

– Чего ждать? Я и так медлил дольше возможного.

– Харн!

Но его было не остановить, и я побежала следом, не зная, как все объяснить. К отцу в кабинет он ворвался не менее громко, чем я совсем недавно к Лоргусу.

– Что за игру вы затеяли?

Выглянув из-за плеча принца, обнаружила короля и мужа мирно сидящими в креслах.

– Никаких игр, – сказал Тень, поднявшись.

– Зачем вы нанесли ей краску на кожу? Что вы задумали?

– Лорган, возьми себя в руки и успокойся! – потребовал король.

– Вы не имели права делать такое за моей спиной!

– Это не краска, – спокойно произнес Лоргус и протянул ко мне руку. – Лоран.

Я подошла, и он переплел наши пальцы. Подняв рукава, прошептал заклинание, явив браслеты.

– Родовые артефакты признали брак истинным, – прокомментировал король.

– Я опекун, брак невозможен без моего согласия, и я его не признаю.