Здрасьте, я ваш папа

Он - просто животное! И почему-то это сводит меня с ума.

И это не кажется мне смешным и нелепым. Хотя могло бы… Ведь мы оба пыхтим, как озабоченные ежики.

Но мне плевать. Пусть я ежик. Пусть он… Пусть он продолжает!

Ноги давно меня не держат. Меня держит он… За попу!

Эй, это нарушение личных границ! Я категорически против!

А моя попа, похоже, за…

Я не знаю, как, но мой ключ оказывается в его руках. Домофон пищит. Мы вваливаемся в подъезд.

Его губы скользят по моей ключице. Зубы терзают бретельку лифчика.

Двери лифта разъезжаются. Он прижимает меня к зеркалу.  Моя попа оказывается на ограждающем поручне. А его губы… они одновременно оказываются везде!

Блин, как получилось, что мой джемпер уже болтается где-то в районе талии?"

"Ласки становятся все более откровенными. Дикарь уже возится с застежкой моего бюстгальтера...

И я очень хочу чтобы он ее, наконец, расстегнул!

Да что со мной творится?

Я не собиралась… Я ничего такого не планировала…

И я никогда в жизни не чувствовала ничего подобного!

Кожа - как оголенный провод.

Лифт дергается и замирает. Кажется, я случайно нажала на кнопку “стоп” ногой…  Как я вообще оказалась в такой позе? И почти без одежды?

При том, что любвеобильный дикий зверь полностью одет.

- Какой этаж? - спрашивает он.

- Что? - растерянно лепечу я, пытаясь собрать растекшиеся мозги в кучу.

- На каком этаже ты живешь, Синеглазка? - ласково произносит он мне на ухо.

И нежно прикусывает мочку. А его пальцы тем временем рисуют замысловатые узоры на моей обнаженной коже...

- Я?

У меня никак не получается сконцентрироваться… Я не могу вспомнить, на каком этаже съемная квартира Лизы!

- Ты. Этаж. Квартира. Дверь, - объясняет он мне.

- Шестой этаж… Кажется… А, нет, седьмой! - вспоминаю я.

Он нажимает на кнопку. Лифт движется вверх. И через пару секунд открывается. Мы выпадаем из него. Я молча указываю пальцем на дверь с номером 308.

Говорить я сейчас не могу…

Он ловко открывает дверь со мной на руках. Безошибочно находит спальню и осторожно опускает меня на кровать. Укладывается рядом. И мы продолжаем целоваться.

И эти поцелуи ничем, абсолютно ничем не похожи на те, что бывали у меня раньше.