Запрети любить (СИ)

Наших девочек, — с трудом вымолвил отец.

— Что? Ты вообще о чем? Что случилось? — эти слова абсолютно не укладывались в голове Игната. Он впал в такой ступор, что не мог понять и осмыслить услышанное.

— Их больше нет, — повторил отец. — Их нет. Лены. Яры. Ушли… От нас ушли.

Его взгляд метнулся в окно, на сизое небо. Будто бы они ушли туда.

— Не говори ерунды. Никуда они не ушли, — возразил парень.

— Игнат, — раздался голос Антона, на удивление мягкий. — Произошло несчастье. Елена и Ярослава действительно погибли.

— Что ты сказал? — переспросил Игнат. Он не верил. Ему казалось, что это розыгрыш, только мир отчего-то вдруг потерял краски, став черно-белым, а тело налилось тяжестью. Эмоции пропали, чувства заморозились.

— Соболезную, — повторил глава службы безопасности, склонив коротко стриженную голову.

Игнат все так же не верил. Просто не верил. Он вообще будто смотрел кино, где главный актер был его точной копией. И точно знал — его Ярослава в полном порядке и вскоре они встретятся.

Игнат сама не понял, как спросил чужим сухим голосом:

— Что случилось?

— Авария, серьезно пострадала машина Елены, — коротко ответил глава службы безопасности. — Причины выясняем. На месте еще работают пожарные, полиция и медики."

"— Едем, — вдруг сказал отец, будто приходя в себя. — Едем туда. Я должен убедиться… Сам… Увидеть… Антон, готовь машину.

— Я с тобой, — все тем же чужим голосом сказал Игнат.

— Нет. Останешься дома, — отрезал отец, поднимаясь с помощью Антона.

— Сказал, что с тобой, значит, с тобой. — Игнат не злился, не плакал, он как действовал словно робот, программу которого никому не по силам было сбить. Отец, кажется, смирился и махнул рукой. Он первым направился к выходу.

— Может быть, врача, Константин Михайлович? — нахмурился Антон.

— К дьяволу его. Едем. Я должен видеть. Сам все видеть.

Все, что происходило дальше, Игнат ощущал и помнил смутно. Это словно происходило не с ним, а с кем-то другим. Он не знал, куда и сколько времени они ехали.

Он сразу понял, что они почти на месте, когда издалека увидел, как тьму разрывают мигалки «скорых», пожарных и полицейских машин. А едва только вышел, почувствовал удушающий запах гари.