Запрети любить (СИ)

 — А то он меня не слушает. А жильцы недовольны.

— Скажем, — коротко пообещал Игнат и первым шагнул в лифт, створки которого распахнулись. Стеша юркнула следом за ним.

Еще полминуты, и они оказались на тринадцатом этаже. Игнат быстро нашел шестьдесят девятую квартиру и позвонил, велел Стеше отойти в сторону. Его лицо казалось спокойным, но та ярость, которая исходила от парня, начала пугать. Его глаза казались словно стеклянными, а кулаки были крепко сжаты, и наблюдательная Стеша вдруг подумала — Игнат беспокоится за Ярославу так, будто она или реально его младшая сестра, или его любимая.

Наверняка второй вариант.

Елецкий позвонил еще раз. Потом еще. И еще. И еще. А потом, словно услышав какие-то шорохи, уверенно и с каким-то угрожающим спокойствием сказал:

— Если ты мне, сученыш, сейчас не откроешь, я выломаю дверь. Не смогу сам — дождусь людей отца, они в пути. А потом я тебя изобью так, что ты не сможешь двигаться. Возможно, никогда. И трахаться ты никогда не сможешь, потому что я тебя лично кастрирую.

Уяснил? Ты же знаешь, что я не шучу. Открой, и я не буду тебя трогать.

Стеша сглотнула. Ей снова стало страшно, но убегать она не собиралась. Яру нужно спасти! Иначе какая она подруга?

Слова Игната подействовали. Спустя минуту дверь скрипнула и все же открылась. Игнат резко потянул ее на себя и ворвался в квартиру.

* * *— Раздевай ее, Геныч, — велел Сейл, возясь у камеры — ее нужно было правильно настроить.

Его друг с цветными прядями в волосах скинул с себя футболку, обнажая подтянутый торс, забитый татуировками.

Он нагнулся к лежащей без сознания Ярославе и погладил ее по волосам. Словно почувствовав это, девушка пошевелила пальцами, но в себя не пришла. Парень погладил ее по щеке, коснулся приоткрытых губ, провел по ним средним пальцем. Чуть сжал ее челюсть, заставляя рот открыться чуть шире и дотронулся пальцем до языка. На его лице расцвела довольная ухмылка.

— А она ничего, да, Сейл? Мне правда, телки пофигуристее нравятся, у этой буфера маленькие, но ничего.

Зато ножки длинные. И волосы обалденные. Да, детка? — проговорил Геныч, гладя девушку по плечам и касаясь груди. — Тебе понравится. Даже жаль, что не вспомнишь потом.

— Раздевай ее, говорю, — поморщился Сейл."

"Он был недоволен — они выбились из графика, слишком долго девка танцевала и не подходила к бару. Честно говоря, ему вообще казалось, что сегодня ничего не получится и придется выслеживать ее в следующий раз. Снова платить ее подружке, чтобы притащила в клуб.