Запрети любить (СИ)

Когда горлышко бутылочки остановилось на мне, я едва не вздрогнула. Поцеловать меня должна была Алекса, и она, мило улыбаясь, подошла ко мне, положила руки на плечи и звонко чмокнула в шеку. Она источала дружелюбие и говорила какие-то милые вещи, но мне рядом с ней стало не по себе.

— Твоя очередь, Ярослава! — проорала Шленская, когда Алекса вернулась на место. — Крути!

И я раскрутила. Не знаю, как это вышло, но горлышко бутылочки указывало на Игната. Я с замиранием сердца подняла на него глаза, одновременно не веря в то, что произошло, но в то же время понимая, что я хочу этого.

Хочу, чтобы он поцеловал меня.

На его лице появилась ухмылка.

Глава 54. Испорченный момент

По гостиной пронесся гул голосов — веселых и подначивающих. Друзьям Игната было интересно, что же произойдет дальше. Отовсюду раздавались смешки и неразборчивый шепот, кто-то, кажется, даже делал ставки на нас. А мы с Игнатом неотрывно смотрели друг на друга, словно остального мира не существовало, и мне казалось, что даже звуки стали тише, и слышно было лишь отчаянное биение моего сердца.

Почему горлышко бутылочки указало именно на Елецкого? Это подарок судьбы? Или ее насмешка? И что мне делать? Подойти к Игнату и… поцеловать?

Он не переставал смотреть на меня с какой-то потаенной жадностью, чуть запрокинув голову и все так же странно ухмыляясь. И под этим пылающим взглядом мне вдруг показалось, что я чувствую его губы на своих, отчего по рукам побежали мурашки, а на солнечное сплетение будто бы надавили, лишая воздуха. Всего лишь взгляд, а внутри уже зарождается это чертово желание, которое я никак не могу перебороть в себе.

А вдруг Игнат представляет, как целует меня? Нет, этого не может быть, я противна ему.

Одна эта мысль заставила меня нахмуриться.

— Да давайте уже! Начинайте! — нетерпеливо выкрикнул кто-то из парней пьяным голосом. И его поддержали другие. Народу хотелось веселья."

"Игнат вдруг встал и под заинтересованные взгляды друзей направился в мою сторону. В голове мелькнула мысль — может быть, он демонстративно уйдет в другую комнату? Мол, не буду целовать эту идиотку, пошли вы все на три буквы.

Ему ведь и слова никто не скажет. Эти люди, за исключением, разве что Сержа, играют по его правилам. Но нет, Игнат подошел ко мне, остановился рядом и протянул руку. Краем глаза я заметила, как изменилось лицо Алексы — стало испуганно-отрешенным. А где-то на заднем фоне раздался пьяный хохот Шленской.

— Вставай, — велел Игнат, не отпуская руку. — Сделаем, что должны.