Замужем с утра

И если темные пряди огрубляли ее лицо с тонкими чертами и белой кожей, придавая ему излишне суровый, строгий вид, природные белокурые кудри шли ей необычайно.

Лео пришлось смириться с неприятным фактом, что Кэтрин Маркс, его смертельный враг, — настоящая красавица. Но на самом деле вовсе не цвет волос так изменил ее облик… просто без привычных ухищрений мисс Маркс испытывала неловкость. Она чувствовала себя уязвимой, и это бросалось в глаза. Ничего удивительного, что в конечном счете Лео захотелось сорвать с нее покров таинственности.

Обдумывая возможные последствия своего открытия, Лео пытался держаться на безопасном расстоянии от Кэтрин. Его обескураживало отношение к мисс Маркс его семьи, дружно пожимавшей плечами всякий раз, когда речь заходила о странностях гувернантки. Почему он один сгорал от любопытства, тогда как остальные проявляли полнейшее безразличие? Отчего мисс Маркс нарочно так долго притворялась дурнушкой? Что она скрывает, черт возьми? От кого прячется?

Однажды солнечным днем, убедившись, что остальные члены семьи заняты своими делами, Лео отправился на поиски мисс Маркс.

Остановившись в двадцати ярдах от скамьи, Лео спрятался в тени высокого тиса с густой листвой.

Кэтрин сидела рядом с Гарри Ратледжем, новоиспеченным мужем Поппи. Похоже, парочка вела доверительный разговор.

И хотя в их действиях не было ничего преступного, сцена выглядела совершенно неподобающе.

О чем, во имя всего святого, они могли беседовать? Наблюдая за парой из отдаленного укрытия, Лео убедился: мисс Маркс с Ратледжем обсуждали что-то важное. Темноволосая голова Ратледжа покровительственно склонилась к белокурой головке Кэтрин. Словно эти двое были близкими друзьями.

Или любовниками.

У потрясенного Лео отвисла челюсть, когда Кэтрин потерла тонкими пальцами глаза под очками, словно смахивая слезы.

Мисс Маркс плакала на плече у Гарри Ратледжа!

А затем Ратледж поцеловал ее в лоб.

У Лео перехватило дыхание. Сохраняя неподвижность, он попробовал привести в порядок разбегающиеся мысли и укротить бушевавшую в нем бурю чувств… изумление, тревогу, подозрение, ярость.

Эти двое что-то скрывали. Они что-то замышляли.