Загадка американского родственника

— Тут, между прочим, он прав — не дал в обиду старого друга Олег. — Но я уже все предусмотрел. Мы поведем себя как настоящие сыщики.

Он выдержал паузу.

— Говори скорей, что придумал! — загорелись глаза у Женьки.

— Да, в общем-то, ничего особенного, — ответил Олег. — Пашков грим для спектакля привез?

— Ну, — подтвердил Женька."

"— И парики есть в подсобке, — продолжал Олег. — Мы трое, — поглядел он на Тему и Женьку, — загримируемся и наденем что-нибудь чужое. Хрена тогда этот Венечка-Эдвард узнает нас.

— А разве нас вы гримировать не будете? — были очень разочарованы девочки.

— В этом пока нет смысла, — отмел решительным жестом Олег их притязания. — Вас Венечка ведь не видел. А кроме того, вы нам в нормальном виде гораздо больше понадобитесь.

У Кати и Тани разочарованно вытянулись лица. Олег ситуацию тут же усек.

— Не расстраивайтесь. Позже, возможно, вас еще так придется загримировать, что вообще в зеркало не захотите смотреться.

— Будем надеяться, — несколько успокоились девочки.

— Тогда, значит, так, — принял Олег на себя командование.

 — Завтра после репетиции мы задержимся в актовом зале. Ну, скажем… — Олег задумался. — Под тем предлогом, что нам вроде бы хочется отработать получше роли с учетом акустики зала.

— Класс! — взвыл восторженно Женька. — Да наша Птичка Божья от счастья рехнется!

— Если вообще не заплачет, — мечтательно глядя вдаль, добавила Таня.

— На это я и рассчитываю, — спокойно проговорил Олег. — Она, конечно же, нам оставляет ключи от зала. Мы спокойно себе выбираем какой нужно грим и, возможно, еще что-нибудь.

Потом сдаем ключи вахтеру и отправляемся ко мне гримироваться. Дождемся темноты — и к Эдварду. Ты, Темыч, надеюсь, хоть адрес выяснил?

— Еще бы, — подтвердил тот. — Я его теперь наизусть помню. Тверская, дом девять, подъезд один, квартира восемь. Четвертый этаж.

— Молодец, — похвалил Олег. — Тогда…

В это время беседа друзей была неожиданно прервана резким окриком:

— Вот я вас сейчас, хулиганье!

Друзья обернулись. Сзади стояла перекошенная и красная от злобы соседка Олега по этажу бабка Анастасия Кельмановна Редкозубова.

Реакция всей компании была мгновенной. Они кинулись прочь со двора, вниз по Спасской.

— Всех изничтожу, подонки! — неслись им вслед восклицания Кельмановны. — Вы у меня внесены в черный список!

Лишь возле дома, где жили Тема, Женька, Катя и Таня, друзья решили остановиться.

— Ну, твоя Кельмановна совсем распоясалась, — с большим укором взглянул на Олега Темыч.