Разведенка с прицепом (СИ)

— Так уж и никто, — раздается от двери скрипучий голос. — Не много ли ты на себя берешь, Эмир-бей?

Я поднимаю голову и сквозь пелену слез вижу высокую фигуру.

— Вы? — шепчу изумленно. — Вы пришли?..

***— Хасна! — Эмир резко разворачивается и вслед за мной вперяется взглядом в бабушку Озден, которая ступает в холл и останавливается, скрестив руки на груди. — Ты зачем пришла?

— А ты думал, я позволю тебе безнаказанно распоряжаться судьбами своих внучек? Приди в себя, Эмир-бей, — ворчливо отвечает ему Хасна.

— Госпожа Озден! — всхлипываю, заламывая пальцы. Мне хочется броситься ей на шею, и в то же время я не знаю, как она воспримет такое пылкое проявление чувств.

Зато Лале никого не стесняется.

— Бабуля! — кричит она, подбегает к Хасне и обнимает ее за ноги. — Как хорошо, что ты пришла! Они злые, хотят меня у мамы забрать.

Дочка поворачивается к Омеру и Денизу и грозит им пальчиком. Затем снова прилипает к ногам бабушки.

— Ты же меня им не отдашь?

— Не отдам, моя ненаглядная, — Хасна гладит малышку по голове, поднимает глаза на меня, мы встречаемся взглядами.

— Госпожа Озден… — всхлипываю и все-таки бросаюсь ей на шею.

— Ну все-все, успокойся, моя красавица, — она крепко меня обнимает, целует в макушку и добавляет ворчливо: — Могла бы ради приличия меня и бабушкой назвать.

— Спасибо, бабушка, — шепчу, переполняясь благодарностью к этой прекрасной женщине.

— Я их забираю, — заявляет Хасна, поворачиваюсь к Эмиру, — и только попробуй мне помешать. Я вызову полицию. А завтра весь Стамбул узнает, что Эмир Дениз не выдержал положенный траур по жене и принуждал мою внучку к замужеству. Посмотрим потом на твою репутацию, достопочтенный господин Дениз!

— Старая ведьма, — шипит Эмир, но когда мы с Лале проходим мимо с чемоданами, не делает никаких движений в нашу сторону.

Он что-то сердито вычитывает Омеру, но мне не слышно, что именно.

У ворот особняка нас ждет автомобиль. Водитель открывает багажник, складывает чемоданы, а мы садимся в салон на заднее сиденье.

— Омер приедет позже, когда все уляжется, — говорит Хасна, не переставая гладить по голове жмущуюся к ней Лале."

"— Вы не обижайтесь, бабушка, — возражаю решительно, — но я не хочу больше видеться с Омер-беем.