Выжить вопреки всему

– Агрхрррр! – пронеслось по залу, так что осколки стекол, еще остававшиеся в рамах, стали активно высыпаться.

– Уй-й ёё, – только и смог выдохнуть стражник, и его голова так активно скрылась в проеме, что с нее даже шлем свалился и загрохотал по полу обеденного зала.

– Суслик, сиди тихо! – доев и запив все взваром, Дарк кивнул бергу, и они поднялись в комнату. Дарк лег на кровать, а берг развалился на полу, заняв все свободное пространство.

Утром Дарк проснулся поздно. Неясно, что тому было виной – или вчерашние события, или просто накопившаяся усталость, а может, все вместе.

– И что ты там увидел? – спросил его Дарк.

«Двуногие ходят», – ответил берг, не отрываясь от созерцания происходящего за окном.

– Мне надо сходить по делам, ты как – тут побудешь или со мной пойдешь?

«Давай, ты иди, и я себе пойду, нужен буду – позовешь, повеселимся. Не бойся, я не буду есть двуногих, они так гадко воняют, убивать тоже не буду, если не будут тыкать в меня или тебя острыми железками».

– Ну, тогда пошли, – и Дарк открыл дверь комнаты.

Берг выскочил и, мягко ступая, потрусил чуть впереди. В обеденном зале уже был наведен относительный порядок, женщины мыли столы и пол. Дарк прихватил берга за намотанный на его шее пояс, чтобы не пугать женщин.

– Дамы, разрешите, мы пройдем, – проговорил Дарк, улыбаясь.

Женщины обернулись и, смертельно побледнев, шарахнулись к стене.

– Не бойтесь, он никого из вас не тронет, я его просто проведу мимо вас и выпущу, – и Дарк проследовал к входной двери.

Там он отпустил ошейник и снял его с берга.

– Беги, спасибо, что выручил вчера.

Берг лизнул его в нос шершавым языком и потрусил к городским воротам. А Дарк пошел на рынок купить себе новую одежду, коня, ну может, что еще приглянется.

Глава восемнадцатая

– Ваша светлость, вернулся Жакомо, прикажете позвать?"

"– Где он был столько времени, быстро давай его сюда, – сидящий в кресле больше напоминал скелет, обтянутый кожей, чем человека: трясущиеся старческие руки и шамкающий рот.

– Рад приветствовать вас, ваша светлость, – низко кланяясь, проговорил Жакомо, появившийся на пороге комнаты.

В комнате горел камин, а герцог кутался в мягкий теплый плед, он последнее время постоянно мерз.

– Ты ее привез? – просипел герцог.