Все в шоколаде

– Не думаю, что мое присутствие здесь желательно.

Он кивнул, а я удалилась под пристальным взглядом шофера.

Я выезжала на проспект, когда появилась машина Волкова, он, должно быть, здорово торопился, раз не заметил меня. Обижаться я не стала. Мне следовало поехать домой и заняться чем-нибудь полезным, например завалиться спать. Происходящее нравилось мне все меньше и меньше. Зачем убили парнишку? В то, что это ограбление, не поверит даже идиот. По крайней мере, я точно не поверю. Сама мысль ограбить Нефедова могла посетить лишь недалекого человека.

Допустим, такой нашелся. Он забирается в дом, и что? Нос к носу сталкивается с мальчишкой, убивает его и сматывается с перепугу, ничем не поживившись? Хотя в доме есть что прихватить с собой. Возможно, и прихватили, Нефедов сейчас не в том состоянии, чтобы ответить, что из вещей пропало. Допустим, грабитель пришел, когда Игорь спал. Парень услышал шум, спустился вниз и был убит. Почему бы и нет, черт возьми?"

"– Да потому, – огрызнулась я. Лезть к Нефедову – все равно что Кремль грабить.

Мороки много, а удовольствия на рубль. На свете, правда, полно дебилов… Хорошо, пусть будет дебил и чокнутый отморозок, кто угодно, и он действительно полез в дом, чтобы стянуть видеомагнитофон и пошарить в столах в поисках мелочи. А может, присмотрел антикварную вазу и два подсвечника к ней… И все это через несколько часов после нашего разговора на животрепещущую тему. Алла погибла, затем убивают ее подругу, а чуть позже или в то же время гибнет от руки грабителя ее любовник. Что такого знал мальчишка, раз его решились убрать, несмотря на влиятельного папу? Нефедов – лучший друг Деда, а Дед… Дед – это Дед, “об этом знают даже дети, он страшнее всех на свете”. Ну и кто здесь свихнулся: наши уважаемые конкуренты или тут что-то похуже? “Выборы обещают быть интересными”, – зло фыркнула я, сворачивая к дому, и поклялась себе думать только о приятном, правда, затруднялась сказать о чем.

* * *Марк в очередной раз получил нагоняй, потому что опять возник в моей кухне совершенно неожиданно, я едва не выронила стакан, когда повернулась и обнаружила его за своей спиной.

Я запустила стакан в его голову, но, к сожалению, Марк увернулся.

– Это в последний раз, – поклялся он, когда я, обругав его нецензурно, удалилась в ванную, решив принять душ, чтобы успокоить нервы. Марк скребся в дверь, предлагал услуги массажиста и умолял меня не принимать близко к сердцу его привычку производить впечатление.