Все в шоколаде

– Выходит, это происки конкурентов? – хмыкнул Волков. – Тогда можешь спать спокойно: убийцу не найдем. Это наемник, и как его прикажешь искать, если с жертвой его ничего не связывает?

– Придется расстараться. Кто девок резал, может, для Деда не так и важно, но вот кому это понадобилось, его наверняка интересует очень и очень. А он нам деньги платит не только за красивые глаза и ждет ответной любви.

– Своих врагов он лучше нас знает, – опять принялся ворчать Волков.

– Само собой, однако надо установить, который из них все это затеял, припереть его к стенке и успеть все это сделать до выборов.

– Ой как зубы-то ноют, – прополоскав рот коньяком, пожаловался мой друг.

– Хочешь, я тебе кое-что занятное скажу, чтоб настроение улучшить? Вполне возможно, мы будем искать конкурентов, которых еще нет. То есть их по ходу пьесы придется изобрести.

Волков скривился, глядя на меня, должно быть, в отчаянии от непосильной умственной нагрузки, а потом тяжко вздохнул. За что я его ценила, соображать он мог быстро, когда хотел.

– Двойная игра, – изрек он. – Есть убийство, есть улики, которые указывают на определенного человека (Волков так уважал руку, его кормящую, что всуе даже имени не произносил), улики настолько явные, что поневоле закрадываются сомнения.., к тому же есть люди, которым выгодно этого человека уничтожить. При известной сноровке мы их находим…

– И освобождаем Деда от неприятных людей.

– Лучше б ты свои догадки держала при себе, – пожаловался Волков, – мне даже думать не хочется…"

"– А ты не думай, главное, двигайся.

– Тебе хорошо говорить, – принялся бубнить Волков, – а мне что прикажешь? Одно дело – закрывать глаза на кое-какие.., ну, ты понимаешь, и совсем другое – два трупа. И все это из-за паршивых выборов?

– Это неверная точка зрения, к тому же не отражающая позицию борца за народные голоса.

– Завтра пойду к зубному врачу, нет сил терпеть. – Волков поднялся с дивана и побрел к двери.

– Ты так и не рассказал мне ничего интересного, – крикнула я вдогонку.

– Нет ничего интересного, никто ничего не видел, ничего не слышал.

– Это нормально, – согласилась я, внизу хлопнула дверь, а потом завелась машина.

Я подумала и набрала номер Марка.