Все в шоколаде

Чтобы парни не вздумали портить сценарий, их уберут уже сегодня. Но на тебе это никак не скажется. То, что тебе было нужно, ты уже получила. – Он потрепал меня по колену и вышел из машины, а я замерла, уставившись в окно.

Все так и есть. Я получила, что хотела, я теперь свободна, я пошлю к чертям всех этих уродов и сбегу уже сегодня.., можно прямо сейчас. И мне плевать на Ромку.., да я знать его не знаю… У него есть отец, в конце концов. Господи, ну зачем мне все это?

Я вышла из машины и направилась в здание через черный ход.

– Привет, – кивнула я, и они лениво ответили:

– Привет. – Внимания на меня они не обращали, даже не поинтересовались, какого черта мне здесь понадобилось, что позволило мне беспрепятственно забрать у них оружие. Лишь после этого они выкатили глаза и спросили:

– Ты чего?

– Все нормально, – утешила я их. – Вернется ваш начальник и все объяснит. А мне сейчас некогда.

– Детка.

– У меня самой их пруд пруди. Постараюсь вернуть, но попозже.

Они еще что-то пытались сказать, но я не слушала, бросилась по коридору к своей машине и покинула офис. Отъехав на значительное расстояние, позвонила Рите.

– Я тебя люблю, – сказала я жалостливо.

– Я тебя тоже. Чего надо?

– Найди мне Лялина. Хоть из-под земли достань.

– Он в Москве, только что приземлился…

– Ритка, я не могу до него дозвониться.

– Никто не может. Он сотовый оставил, сам не помнит где. Из аэропорта по автомату звонил.

– Они что, все сотовый забыли? – сатанея заорала я.

– Так он один улетел. И не ори. Обещал позвонить из офиса. Передать ему, что ты его ищешь?

– Если успеешь, – вздохнула я, а Ритка сказала:

– Ладно.

Я колотила кулаком по рулю от бессильной ярости. И тут зазвонил телефон.

– Да, – молясь, чтобы это был Лялин, ответила я. Это был Лукьянов.

– Говорят, ты опять геройствуешь, – лениво сказал он.

– Я так и сделаю, – заверила я.

– Сомневаюсь. То, что ты намерена провернуть, называется умереть за компанию. Это глупо.

– Так я ведь дура, каких свет не видывал. Надеялась, ты заметил. Прощай, друг. Обещаю, моя последняя мысль будет о тебе.