Вперед в прошлое 7 (СИ)

Мимо пройти я не смог даже несмотря на вонь, исходившую отовсюду и вызывающую рвотные позывы, потому что недавно сам таким был, мучался, спуская необъятные баулы на эскалаторе. Вспомню — вздрогну, а скоро опять придется торговать.

Кряхтя и тужась, мы с челноком кое-как затащили груз, и я влился в толпу, которая шла на пересадку. Вертя головой по сторонам, зашагал по галерее, держась ближе к стене, чтобы не затоптали, но вскоре пожалел об этом: у стены жались бомжи и попрошайки всевозможных мастей. Увидев вдалеке наряд милиции, нищие схватили пожитки и рванули прочь, остались только безногий типа афганец и девушка со спящим на руках младенцем.

Интеллигентного вида старушка в шляпке бросила сотенную в коробку, стоящую на полу. Дамочка схватила деньги и спрятала в карман, оставив только мелочь."

"У меня внутри все перевернулось. Я взрослый отлично знал, что это не несчастная, лишившаяся крова, а тварь, работающая на местную мафию, которую крышуют менты, а ребенок — нежилец, в лучшем случае будущий инвалид, которого опаивают снотворным или чем похуже, чтобы он не орал.

Потому я остановился возле псевдонищенки и сказал:

— Ты должна спасти этого ребенка. Слышишь меня?

Дамочка вскинула голову, и ее перекосило от злобы, она оскалилась и зашипела, словно в ней пробудился бес.

— Ты. Должна. Завязать с преступностью и спасти ребенка, — повторил я. — Просто бери его и уезжай на юг. Если самой ребенок не нужен — оставь на улице, люди ему помогут. Но сохрани ему жизнь.

— Проваливай, придурок! — рявкнула она, и я ввинтился в толпу.

Сработает ли мое внушение? Очень хотелось в это верить. Больше ничего я сделать не мог, потому что в этой сфере работает преступный синдикат, не по зубам он мне.

А может, меня не от гнилушек тошнит, а от бессилия? Сколько они так убили младенцев? Сколько детей из-за них выросли покалеченными?

У выхода из галереи мое внимание переключилось на дорого одетую блондинку с написанной от руки табличкой «Куплю ваучеры, 5100 ?». Я притормозил, смещаясь к стене, где стояла дама.

Зажмурившись, я шагнул вперед, разлепил веки и выпалил:

— Здрасьте.

Женщина скосила на меня глаза.

— Не подаю.