Вперед в прошлое 7 (СИ)

Я накинул дедову куртку и выбежал из квартиры, думая о том, что, возможно, Юрка Чумаков и рад бы начать новую жизнь, да ему досталась тетка-цербер, которая так его допекла, что он сбежал.

Глава 12

Повестка дна

Пока шел, не сосредоточиваясь на том, что я нынешний в столице впервые, все было нормально, но как только задумался об этом, заблудился во дворах и воззвал к памяти взрослого. В итоге потерял десять минут, но станцию все-таки нашел, купил жетон, миновал турникеты, вскочил в электричку и уселся в углу вагона, навострив уши и ожидая, когда объявят Марксистскую и пересадку на кольцевую.

Перово — предпоследняя станция желтой ветки, потому вагон был полупустым. Никаких продавцов ерунды и людей-оркестров, кочующих из вагона в вагон. Пассажиры расселись по местам и воткнулись кто в газету, кто в книгу. Модный браток красовался с пейджером, приобретенным, видимо, недавно: то в руках его повертит, то на пояс возвернет. Посмотрите, ну посмотрите же, что у меня есть! Понты работали: две подружки-студентки косились на него с явным интересом.

Вспомнились телефоны будущего, заменяющие и переговорное устройство, и фотоаппарат, и библиотеку. Представился пассажир с беспроводными наушниками, говорящий вроде как сам с собой, и я улыбнулся. Его точно посчитали бы психом.

Как только двери на Площади Ильича закрылись, я встал у выхода, глядя на мелькающие в черноте огни.

Голова закружилась от вони трупного распада, к горлу подкатил ком. Гнилушки! Их тут просто море, а может, и нескольких достаточно, чтобы так накрыло. Скорее бы наверх, на свежий воздух!

Прежний я потерялся бы в этой толпе и тыкался бы туда-сюда, тупил бы у турникетов, которые работают на выход, спрашивал маршрут у прохожих, но благодаря памяти взрослого я понял, что неплохо ориентируюсь, и успокоился.

Даже если провороню станцию, ничего страшного, просто выйду на следующей и вернусь.

На ступенях в галерею, соединяющую Марксистскую с Таганской, буксовал тщедушный челнок, нагруженный по самое не хочу, у него не хватало сил затащить наверх необъятные сумки, взгроможденные на тачку и — одна на другую.