Великан

Глава одиннадцатая"

"— Привет, - говорю первое, что приходит в голову. - Кто-нибудь дома?

Замираю в ожидании ответа.

— Дома-дома, - доносится тихий голос. - Аккуратно. Иди сюда.

И я крадусь, точно вор - не особенно искусный вор, надо сказать.

— Заждался? - спрашивает Света. Не вижу ее - укрылась в самом темном углу, свет сюда почти не падает.

— Весь день за тобой слежу… то есть наблюдаю. Ты сегодня очень красивая. Самая красивая.

— Спасибо. Я надеялась, что платье тебе понравится.

— Мне нравишься ты. Хоть в платье, хоть… без него.

Слышу тихий смех.

— Без платья ты меня еще не видел. А вдруг не понравлюсь?

— Даже не шути так.

Я стою от нее шагах в двух - не больше. Но дальше пока не ступаю. Это какой-то мазахизм, потому что все, что мне сейчас хочется, быть в ней. Внутри нее.

— Хочешь меня? - голос становится еще тише.

— С ума схожу, как хочу.

— У тебя уже было… - она запинается. - Был с кем-то секс?

— Наверное, в такие моменты принято хвастаться собственным опытом и победами, но у меня их нет.

— Жалеешь об этом?

— Ни капли. Ну, то есть… мне бы пригодилось немного опыта, чтобы… ну, - как же сложно формулировать мысли, когда в голове не осталось ни капли крови. - Не сделать тебе больно.

— Я знаю, ты постараешься. Разденешься?

Стягиваю с плеч пиджак, откладываю рядом на стол. Берусь пальцами за пуговицы рубахи, начинаю их расстегивать.

А ведь об этом я как-то не подумал. Темнота темнотой, но она все равно увидит меня… такого большого, несуразного. В своих фантазиях и во сне никаких сомнений по этому поводу у меня не было.

— Что-то не так? - спрашивает Света.

— Я… понимаешь… ну… боюсь, что не понравлюсь тебе без одежды.

— Между прочим, я хочу отдать тебе свою девственность. Я доверяю тебе. Для меня это очень много значит. А ты стесняешься раздеться?

Кажется, в ее голосе сквозит не то обида, не то разочарование.

И мне становится жутко стыдно за свою неуверенность, за свою глупость, за то, что выгляжу, как говно. На меня обратила внимание такая девчонка! И не просто обратила, чтобы переброситься парой слов, а готова прямо сейчас мне отдаться.

Торопливо расстегиваю оставшиеся пуговицу и резко распахиваю рубашку. Тяну ее прочь, но ткань не поддается, будто нарочно облепив вспотевшее тело.

Еще этот проклятый пот!

Это все от волнения, от смущения. Мне бы хоть немного свежего воздуха, немного свежести, можно даже зимней – пронизывающей до костей.