Укол китайским зонтиком

 – Понимаешь, как раз эта кукла пропала после вчерашнего ночного… инцидента. – Она вздохнула. – Я думаю, что ночью в музей вломились подростки, вот их и привлекла эта кукла. Больше-то они ничего не взяли. А наш директор, – Юля снова оглянулась на дверь, – наш директор велел ничего про куклу не говорить, потому что, если что-то пропало – то это уже другая статья, кража со взломом или что-то в этом роде. А если серьезная статья, то музей закроют на месяц, а то и больше, и начнут расследование… А что нам все это время делать? Так что мы ничего про куклу не сказали.

– А как же вы потом отчитаетесь? Ведь это же экспонат, вы за него отвечаете!"

"– Ну, директор как-нибудь спишет, составит акт, что она пришла в негодность и была утилизирована. В конце концов, это его забота, ему за это деньги платят. А ты все же никому про эту куклу не говори, а то у меня неприятности будут.

– Да, конечно, не скажу. Да и кому мне говорить? Я же с вашим музейным миром не сталкиваюсь! Живу, так сказать, в параллельном пространстве.

– Нет, как раз она – подлинная, принадлежала самому Александру Михайловичу. Так что, вообще-то, ее жалко… один из немногих подлинных экспонатов…

– Вот как! А каким образом к нему попала китайская кукла? Он что – бывал в Китае?

– Да нет, что ты! Александр Михайлович был, как сейчас говорят, невыездной, за границей России ни разу не побывал. А кукла к нему попала от его дяди, от брата матери.

– Интересно! – проговорила Надежда, которая старалась не пропустить ни слова из Юлиного рассказа.

– Действительно, очень интересно! – продолжила Юлия, глаза у нее горели. – Александр Михайлович даже сделал в своем дневнике запись по поводу этой куклы:

«Приходил дядюшка, подарил мне куклу, как будто я дитя малое.

– Ты так хорошо все это помнишь? – поразилась Надежда. – Буквально слово в слово?

– Конечно! Я ведь говорила тебе, что писала диссертацию по творчеству Александра Михайловича и внимательно изучала его дневники и переписку.