Училка и мажор

Марк завел двигатель, и мотор не заурчал, как раньше, а заревел как раненый зверь. Я вздрогнула и судорожно вцепилась в ручку двери, чувствуя, как сердце полетело вдруг в район ступней.

– Ма-а-арк!.. – только и успела вскрикнуть, как машину сорвало с места, а меня втиснуло в спинку сидения.

На разгон ушло не больше пары секунд, и мы понеслись по треку, едва вписываясь в повороты. Стоило мне посмотреть на спидометр, где скорость приближалась к отметке 250 км., как я заорала не своим голосом, не отдавая себе отчета, что делаю, а из глаз моих хлынули слезы.

И все это время, пока длился наш “полет”, Гессер не смотрел на меня, как будто меня и не было рядом. Я же уже толком ничего не соображала от панического ужаса. Понимала только, что очень важно за что-то держаться, иначе мне конец. И в какой-то момент мне показалось, что наша гонка длится вечно, что нет конца этим поворотам и мельканиям за окном. Привыкание к скорости не наступало, мне становилось только страшнее. Казалось, что вот, за очередным поворотом нас ждет преграда, о которую мы и разобьемся. И эта гонка станет последним, что я испытаю на своем коротком жизненном пути.

– Можешь отцепиться, – раздался в моих ушах голос Гессера.

Только тут сообразила, что больше не слышу рева машины, не вижу мельканий, но в голове моей продолжало гудеть. А пальцы не желали разгибаться.

– Мы приехали, – прикоснулся Марк к моим рукам и с силой разжал пальцы, что продолжали цепляться за ручку. Попутно он и отстегнул меня.

Кажется, я посмотрела на него, но увидела все тот же туман, который в какой-то момент застил глаза.

Не помню, сама ли открыла дверь, но именно в тот миг, когда вдохнула свежего воздуха, меня и замутило с такой силой, что ноги сами вытащили меня из машины и рванули в сторону, где меня и вывернуло наизнанку. И снова из глаз потекли слезы.

Он смотрел на меня издалека, прислонившись к капоту своей машины и сложив на груди руки. На жалкую несчастную меня, которая никак не могла унять дрожь в коленях, чтобы вернуться к нему.

Ноги подкашивались и не слушались меня. Страх все еще прокатывал волнами по внутренностям, и во рту было премерзко.

– Иди сюда! – позвал меня Гессер. – У меня есть вода, – нырнул он в машину и вернулся с бутылкой воды.

Вода! Точно! Именно это мне сейчас и нужно. От секундной радости даже к ногам вернулась сила, и я смогла дойти до Гессера, не споткнувшись и не растянувшись на земле. Но смотреть на него мне было еще противнее, чем раньше.