Ученица чародея

Мало, этого было мало! Я обратила все свое внимание на сапфир, спрятанный на моей груди, и, прочувствовав, что кристалл нагрелся до предела, направила в него жар из позвоночника. Многократно усиленный, немыслимой мощи огненный поток вырвался наружу сквозь камень. Чернокнижник увернулся и забормотал заклинания с нарастающей громкостью.

Воды реки заволновались, мутная спокойная Сена принялась выплевывать на песчаный берег волны, словно взбешенный океан. Бурля, река шумела так сильно, что уже не слышались крики с острова Ситэ.

Колдун приказывает стихии? Призывает демона? Хочет отдать ему Этьена, раз прервалась казнь? Ледяной страх начал гасить огонь во мне.

– Прекрати трýсить! Немедленно! Справимся! – грозно велела мадам Тэйра.

От ее окрика я опомнилась. Как взрослая, пообещала себе маленькой: «Бояться будешь потом, Абели. Спрячешься под кроватью и накроешь голову подушкой, но сейчас…» Я снова настроилась на бьющий из земли жар, силу, которую она даровала мне.

Я наполнилась жаром и, выбросив вперед руки, ощутила, как с режущей болью вскрылись мои ладони. Из них тоже вырвался раскаленный поток. У меня не осталось ни единой мысли. В воздухе пахло гарью и грозой. Меня потянуло мощным потоком к эшафоту. Возможно, я летела, не знаю. Я уже не понимала, есть ли у меня тело, есть ли одежда, есть ли я сама, потому что вся стала огнем и светом.

Окруженная огненным щитом, я беспрепятственно взбежала по лестнице и только сейчас почувствовала бьющие по щекам капли дождя. Но каким бы сильным ни был ливень, он не смыл белый дым – выпучив глаза, палач оцепенел с занесенным молотом над распятым на колесе Этьеном. Любимый тоже застыл, зажмурившись, с выражением нескончаемого ужаса на лице.

– Ненавижу тебя, стерва! – кинулся душить меня колдун, но тотчас шарахнулся от огня, потрескивающего по краю моего защитного облака.

– Я бы убила вас, но слишком много чести, – процедила я. – Пусть этим занимаются вами же нанятые палачи! Вы не терпите предательство оттого, что сами предаете и готовы предать. Собственный порок в других всегда раздражает до коликов.