Ученица чародея

Поднимающиеся по тропе гвардейцы, не замечая мистического тумана, начали недобро поглядывать друг на друга. Если бы не сумерки, я бы увидела, наверное, как они зло щурят глаза и припоминают обиду, нанесенную соседом слева или старый должок сослуживца справа. Де Моле, оскалившись, как хищник при виде зверя, посягнувшего на его территорию, обернулся на мсьё Годфруа.

Я чуть не запрыгала от нетерпения: «Давай, давай, де Моле, выдери ему усы, наконец!»

Но тут лекарь провел руками над головой и щелкнул пальцами.

Дерущиеся позади всех гвардейцы, встряхнув головой, ошалело посмотрели на остальных, опомнились и поспешили вперед.

Мерзавец Годфруа продолжал делать пассы руками, размахивая просторными черными рукавами сюртука, будто ворон крыльями. Скоро он соткал серую сеть в воздухе, защищающую армию от моего воздействия.

– Ах ты ж свиноподобный, усатый пиндохлыст! Ну, погоди, – сдвинула я брови.

Этьен хмыкнул и сообщил:

– Минус три!"

"Только теперь я заметила, что трое раненых, корчась и стеная, остались лежать в кустах. Я попыталась вообразить облако из лавы снова. Но как ни было жарко в моем животе, как ни плескался красный поток, облако зависло над моей головой, пролетев не более пары метров, – его не пускала сеть чернокнижника. Я стиснула зубы и попыталась сжечь своим огнем магическую паутину. Этьен задрал голову, раскрыв рот. Похоже, в отличие от обычных людей, он видел битву красного и черного потоков.

И тут из-за горы вылетел дракон. Гигантский. Настоящий. Куда страшнее, чем в книгах. «Лопни мои глаза!» – с чувством повторила я любимую присказку прабабки, судорожно решая, куда бы спрятаться – врыться, что ли, как ящерица, под валун?

У лекаря тоже вытянулось лицо, отвисла челюсть, а руки застыли, не закончив свои дьявольские манипуляции.

Чешуя, покрывающая чудовище размером с дом, отражала свет заходящего солнца и сверкала зеленовато-желтым, алым, оранжевым и пурпурным. Из клыкастой пасти, способной в одно мгновение заглотить всадника вместе с конем, вырывалось пламя. Хлопая громадными перепончатыми крыльями, дракон подлетел к нашему холму, и я съехала по бугристой стенке валуна на траву. Судя по крикам ужаса со склона, видели его все. Набравшись духу, я выглянула.