Ты моя жена. Настоящая

Все оформим правильно.

Он встает.

— Да, — говорит, как будто что-то вспомнил, — Василиса.

Ждет, пока я подниму на него взгляд.

— Не вздумайте играть. Я рассчитываю на вашу честность и порядочность.

Я ничего не отвечаю, но ему и не нужен мой ответ. Ведь это скорее угроза, чем просьба. Это я отчетливо понимаю.

Отец Амины уходит первым. Мы остаемся с Арсеном одни.

— Какие планы на сегодня? — спрашивает он.

— Обдумать столь заманчивое предложение, — бурчу я.

— Хм, неплохо-неплохо, Василиса. Через пару годиков станешь акулой бизнеса с таким усердием.

— Нет, Арсен, спасибо. Одна хочу побыть.

— Понимаю. И не настаиваю. Тебя отвезти куда?

— Нет, я прогуляться хотела.

— Ок, — смотрит на часы. — Если что, звони. Я всегда рад помочь. Подумай над предложением Исмаила. Человек серьезный. Слова на ветер не бросает. Хорошие деньги даст, Василиса.

— Я же сказала, что подумаю, — произношу недовольно.

— Ну, вот и молодец.

Дожидаюсь, когда он исчезает из вида, и тоже иду на выход.

Настроение испорчено. Разговор с отцом Амины окончательно поверг меня в уныние. Втыкаю в уши наушники и врубаю музыку. Засунув руки в карманы шорт, иду, не глядя перед собой.

Хочу понять, что меня больше всего расстроило? Планы отца Амины? Его жесткий тон? Нет. И в голове как ответ на мой вопрос звучит: «Давиду нужна другая».

Почему так обидно? Потому что правда. Отец Амины озвучил то, о чем я лишь думала.

Тру нос пальцами и чуть не попадаю под машину. Отскакиваю назад. Кто-то явно неадекватный подрезал меня на переходе.

Дверь открывается и из машины выходит Давид.

Глава 5. Василиса

— Ты что?! Спятил?! — кричу я на него, вынимая наушники.

— А ты оглохла? — улыбается он и присаживается на капот машины. — Кричу-кричу, сигналю, хоть бы голову повернула.

— Зачем? — пожимаю плечами. Прихожу немного в себя и хочу обойти его. Но он делает шаг в ту же сторону.

Смотрю ему в глаза.

— Я за тобой вообще-то приехал, — говорит Давид, чуть улыбаясь.

— Не помню, чтобы мы договаривались, — отвечаю я. — Мне пора.

— И куда же ты спешишь?

Я лишь фыркаю и, все-таки, обхожу его. И только собираюсь опять воткнуть наушники, как слышу стон. Оборачиваюсь. Давид стоит, облокотившись на машину, и держится за голову.

— Что, Давид? — спрашиваю я.

— Ничего-ничего, иди. Тебе пора, — и опять стон.

Ну, не брошу же я человека, которому явно плохо.