Ты моя жена. Настоящая

И потом… эти бумаги… это же не он сделал. Он лишь увидел то, что ему показали.

— Я подумаю.

— Подумай, Давид, подумай. Ты сейчас счастлив. Но твое счастье не будет полным без семьи. Ты знаешь, что мы тебя любим.

— Я тоже вас люблю, мам, но хочу сам решать.

— Ты и решил, — улыбается. — И я рада твоему решению.

Мама права, но пока я не готов видеться с отцом. Нам обоим необходимо время.

Эти дни самые счастливые. Мы проводим их вдвоем с Василисой. Без секса! Но мне так хорошо. Просто быть рядом. Обнимать ее, слушать задорный смех.

— У тебя телефон разрывался, — однажды говорит она, когда я выхожу из душа.

— Это Егоров, — говорю себе под нос и набираю Сергея.

— Давид, — слышу в трубку, — у меня новости. Не по телефону. Сможешь подъехать?

— Буду через час. Все в порядке?

— На месте поговорим.

Чувство тревоги не покидает меня, пока я еду к Егорову.

— Садись, Давид, — говорит он, когда я вхожу к нему в кабинет.

— Что случилось, Серега? Давай без прелюдий. Новости?

— Да. Максима взяли.

Я облегченно выдыхаю.

— Супер же новость, — говорю радостно. — Сука. Теперь за все ответит. Что там на нем? И наркота, и квартиры.

— И убийство, — с горечью в голосе произносит Сергей и поднимает на меня тяжелый взгляд.

— Убийство? — все равно не верится, что Макс мог сделать это.

— Максим убил Вику. Сестру твоей жены.

У меня как будто земля уходит из-под ног. Нет. Вика, конечно, та еще сука и я был бы против, чтобы Василиса с ней общалась.

Мне трудно представить.

— Это точно? Вы уверены? Как она там оказалась вообще?

— Точно, Давид. При ней документы были. И вот, — показывает мне фотографию с места преступления. Да, это Вика.

Отворачиваюсь.

— За что?

— Как сказал Максим, она пыталась его шантажировать. Но тут хуй знает.

— Шантажировать?

— Ну да. Что сдаст его нам. Денег хотела и чтобы он ей с новыми документами помог.

— Дура, — вырывается у меня.

— Ну, в общем, не рассчитала силы.

— Где она сейчас?

— У судэкспертов. На вскрытии.

— Она была беременна?

— В отчете нет таких сведений. Значит нет. Хоронить-то будете? Или за казенный счет?

— Будем, конечно. О чем ты.

— Тогда вот документы.

Я еду домой и не знаю, как сказать Василисе об этом. Боюсь ее потревожить. Но и скрывать это не получится. Завтра надо забрать тело и заняться похоронами.

Василиса встречает меня с улыбкой, бросается на шею.

— Нам надо поговорить, — целую ее.