Тюрьма мертвых

– Максим, Максим, – еле слышно бормотал он, должно быть, пытаясь вспомнить, кто такой этот Максим, – скажите, а как он выглядит?

– Почему вы спрашиваете?! Разве не вы его послали?!

– Мы, конечно, мы. – Лицо Сергея Ивановича приняло оправдательный вид, он явно лукавил. – Просто всех в лицо не упомнишь, поэтому мне интересно, кто сегодня вам помогает.

Я описал Максима и рассказал о том, что тот ушел на обед раньше меня, после чего стал наблюдать за реакцией инженера. Но тот, выслушав, продолжил вести себя как обычно.

– Да, я понял, что за Максима к вам направили. Что ж, как он появится, наберите на телефоне мой код, пожалуйста.

– Это зачем?

– Для отчета. – Не проронив больше ни слова, он встал и торопливо скрылся за дверью.

Я просидел за столом пару минут в раздумьях. Не люблю всякого рода интриги, а то, что происходило минуту назад, иначе никак не назвать.

Закончив все дела в столовой, я направился обратно, к месту работы.

Максима по-прежнему не было.

«Судя по всему, работать мне сегодня одному.

Я подошел к новой камере и засучил рукава, как вдруг заметил лежащую на кровати верхнюю часть формы Максима. Я взял ее в руки, чтобы посмотреть, что собой представляет здешняя рабочая роба."

"«Должны же мне рано или поздно выдать такую же». Решив примерить куртку, я вышел из тесной камеры в коридор, где одеваться будет проще.

Она была сшита из очень грубой материи, вроде мешковины или парусины. Что-то рабочих здесь не сильно жалуют одежкой; пожалуй, лучше работать в своем.

На груди черными толстыми нитями была вышита надпись Occisio.

«О-си-сисио? Что за бред?»

Я хотел уже снять с себя этот дурацкий китель, как вдруг сзади раздался голос:

– Ну что, поговорил с инженером?

От испуга я отскочил в сторону, схватил с пола металлический пруток и повернулся туда, откуда раздался голос.

– Блин, да что ж вы все пугаете-то постоянно! – закричал я раздраженно.

Передо мной стоял Максим с оголенным торсом; он словно не обращал внимания на мою реакцию.

– Что ты сказал ему?

– Кому? О чем сказал?

Он смотрел на меня в упор. В его пепельно-серых глазницах смотрели два пустых зрачка.

– Дурака выключай! – прорычал он сквозь зубы.

Мне стало жутко не по себе, я сжимал пруток все сильней, а затем начал пятиться в сторону висевшего на стене телефона.

– Ты что задумал? – Он двинулся в мою сторону.