Я не Монте-Кристо

Поспишь, а завтра я тебя привезу.

— Нет. Мне здесь легче. У меня больше никого нет, кроме нее…

Почему-то показалось, что он сейчас скажет «У тебя есть я», и ей очень хотелось это услышать, но Елагин ничего такого не сказал. Попыталась забрать руку, но он только сильнее ее сжал.

— Ты меня очень волнуешь, Саломия, но мои отношения с Мариной… Я никогда ни с кем не встречался дольше пары месяцев, а с ней мы уже два года.

— Ты не должен передо мной оправдываться, — снова потянула руку и снова безуспешно.

— Я хочу, чтобы ты знала, — продолжил упрямо муж. — Полгода назад я влюбился. Точнее, решил, что влюбился, в ее подругу, Анжелу. Ушел от Марины, а через неделю-две понял, что ошибся. Анжела мне триста лет не снилась, а по Маринке тосковать начал. Я не хочу, чтобы с тобой так же вышло, ты совсем другая, Мия, я вообще не знаю, что с тобой правильно, а что нет.

— И что подружки, поссорились? — Саломия изо всех сил показывала, что ее это ни капли не задело.

— Ничего, — покачал головой Елагин. — Вылили друг на друга по коктейлю, подрались немного, а потом помирились. Теперь дальше дружат, а я себя сволочью чувствую. Любой другой девушке на твоем месте я бы предложил перевести наши отношения на другой уровень, но только не тебе.

— Тогда давай как минимум обойдемся без демонстраций наших семейных отношений. Вернемся к прошлым договоренностям.

— Согласен. Это нелегко. Потому что слишком натурально получается.

Саломия встала и подала руку. Когда шли по больнице, он переплел пальцы, и она не смогла возразить. Пусть еще один раз, последний, больше она не позволит, но сейчас сопротивляться не хотелось.

Уже возле ее комнаты Никита остановился и придержал Саломию за локоть.

— Мать спрашивала, что я тебе подарил, я был бы признателен, если бы в день их приезда ты надела серьги с кольцом.

— Хорошо, больше не буду. Спокойной ночи, Никита. И спасибо тебе.

Она уже взялась за дверную ручку, как он снова ее окликнул. Подошел совсем близко.