Так убивать нечестно! Рождественский кинжал

Натаниэль бросил на нее убийственный взгляд и ответил тоном безнадежного больного:

– Стоит чуть тронуть, и новый приступ.

– Чепуха! – воскликнула Пола с излишней горячностью. – Минуту назад ты про него даже не думал! Ты ужасный притворщик, дядя!

Натаниэль любил семейные перебранки, но не выносил, когда кто-нибудь сомневался в его радикулите. Он глухо пробормотал, что когда-нибудь Пола пожалеет о своих словах.

Мод убрала вязанье и рассудительно предложила принять антифлогистин, если боль так невыносима.

– Конечно, невыносима, – отрезал Натаниэль.

– Только не неси чушь про приличных женщин! – вспыхнула Пола. – Меня от нее тошнит! Если ты не можешь оценить работу гения, тем хуже для тебя! Дрожишь из-за каждого пенни, а на остальное тебе плевать! Ты жадина и лицемер, и я презираю тебя до глубины души!

– Конечно, ты только и мечтаешь меня скорее похоронить! – прогремел Натаниэль, наслаждаясь бурной перепалкой.

– Отлично, – трагическим тоном произнесла Пола. – Подавись своими деньгами! Но учти – после твоей смерти я истрачу каждый пенни, который ты мне оставишь, на самые скверные и непристойные пьесы! И я хочу, чтобы ты об этом знал, переворачивался в гробу и жалел, что так мерзко поступал со мной, когда был жив!

Натаниэль пришел в восторг от ее атаки и даже забыл про свой радикулит.

– Ну и прекрасно, – презрительно фыркнула Пола. – Не нужны мне твои деньги.

– А, вот как ты запела! – воскликнул Натаниэль с довольным огоньком в глазах.

– Что для тебя две тысячи фунтов? – с пафосом возразила Пола. – Ты бы даже не заметил подобной мелочи! Но из-за того, что у тебя вкусы обывателя, ты лишаешь меня единственной вещи, которая мне нужна. Более того – ты лишаешь меня шанса в жизни!

– Ну, это ты хватила, – скептически усмехнулся Стивен.

– Заткнись! – накинулась на него Пола.