Дом в Мансуровском

Проснулась она в половине восьмого и подскочила как ошпаренная: через час придет Регина, а ей ровно в это же время надо выскочить из дома. А еще ванная, кофе, а главное – Клара.

Умылась, сделала пару глотков кофе, оделась и пошла к Кларе. Та спала. «Сон – мое спасение, – говорила она, – во сне я не думаю».

Юля осторожно подошла, поправила одеяло – Кларино лицо было спокойно. Юля вздохнула и вышла из комнаты. Мимолетом глянула в зеркало – ничего себе! Вот вам и картошечка с огурчиками и полбутылки вина! Любуйтесь! Под глазами набухли мешки – «пельмени», как их называла Клара.

"Юля схватила сумку и посмотрела на часы – половина девятого, точная, как швейцарские часы, Регина опаздывала. Ладно, Клара спит, а Регина явится с минуты на минуту. Юля закрыла дверь и побежала по лестнице вниз. Тревоги на сердце не было. И погодка стояла что надо. Она быстро шла по свежему скрипучему снегу. «Так бы и шла, – подумалось ей, – шла и шла по любимому городу!» Как она любила Москву и как успокаивалась, глядя на знакомые улочки и дома! Через полчаса она вбежала в здание, где располагалась редакция.

День прошел быстро, а после работы большой компанией закатились в кафе. На улице лежал снег, и за окном было светло и празднично, домой совсем не хотелось. Но, посмотрев на часы, Юля вздохнула – пора. Наступала ее смена. Регина уже ушла, а значит, надо спешить.

Дверь в квартиру была приоткрыта. Регина сидела на кухне.

– Наконец-то! – поднявшись со стула, сказала она и вышла в коридор.

Почувствовав неладное, Юля замерла:

– Что-то случилось? Как Клара?

– Клару увезли. В два часа дня.

– Куда? – растерянно спросила Юля.

– В морг, Юлия, – спокойно ответила Регина, завязывая перед зеркалом шарф. – Там, – Регина кивнула в сторону кухни, – все написано. Завтра с утра вам туда.

– Что случилось? – не в силах осознать происходящее, спросила Юля.

Регина посмотрела на нее с удивлением:

– Она умерла. Мертвых, Юлия, забирают в морг. Врач сказал, это случилось еще ночью.

Юля опустилась на табуретку. Значит, когда она пила кофе, шла по любимым улочкам, была на работе, а потом веселилась в кафе с коллегами, Клары уже не было?

И Юля заплакала.

Все, что она смогла сделать, – это позвонить в Мансуровский. Через полчаса приехали папа и Ася. Юля раскачивалась на стуле и повторяла:

– Дождалась. Дождалась прописки – и все, ушла.

Александр Евгеньевич гладил дочку по голове.