Сумрак

– Не говори потом, что я это сказала, – прошептала девушка мне на ухо, – но ты приятно пахнешь.

Не в силах сдержаться, я затрясся от смеха.

– Продолжай быть милой и все такое, и мне станет очень сложно вести себя прилично, Эм. Что ты задумала?

Она вздрогнула, усмехнувшись, но потом скользнула рукой по моей шее и прошептала:

– Помнишь, что ты говорил о сумраке? – Ее губы касались моей кожи. – Тебе не обязательно вести себя прилично. По крайней мере, до конца фильма.

До конца фильма. Когда зажжется свет.

Мой член набух и затвердел.

– Эм, господи.

Эмери приподнялась, мы крепче обхватили друг друга руками, и я почувствовал жар ее губ над своими.

– Только до конца фильма, – прошептала она.

Выступившая испарина охладила кожу; член дернулся. Я хотел всего и сразу. Руки сильно тряслись, я боялся, что не смогу себя контролировать. Не хотел спугнуть ее.

Мы держали друг друга, наши рты разделяли считаные сантиметры. Стоило мне приблизиться, она отстранялась.

И вот, наконец…

Я поймал зубами ее нижнюю губу. Она застонала и накрыла мой рот своим. Каждый нерв в моем теле пульсировал. От ее тепла и вкуса голова пошла кругом.

Боже, я так ждал этого, но как только наши языки начали двигаться вместе, а ее тело оказалось в моих руках, решил не торопиться. Наоборот, все делал медленно. Поменяв положение, она оседлала меня, и я просунул руку ей под юбку, сжал ее бедра.

Мне хотелось, чтобы это длилось вечно.

– Такая мягкая, – выдохнул напротив ее губ.

Боже, какие у нее нежные губы.

Я целовал ее, наши движения становились все быстрее и настойчивее. Эм не могла насытиться мной, отчего я получал кайф. Мой член уперся в брюки, и я прижал ее к себе.

Испустив стон, она наклонилась к моей шее и ослабила галстук.

В голове все плыло. От ласк мое тело пронзала сладчайшая боль. Мы покусывали, дразнили друг друга. Я хотел раздеть и увидеть ее. Хотел прикасаться к ней и целовать другие места.

Однако я должен действовать медленно. Мне не хотелось, чтобы все закончилось, а ее было так легко напугать.

Член напрягся; я чувствовал, что он почти в полной готовности. Обхватив ладонями лицо Эмери, прижал ее к себе, не давал двигаться, но и не отпускал.

Я…

Она терлась о меня, кусая и облизывая мои губы.

Судорожно вздохнув, впился пальцами ей в бедра. Я…

– Черт.

Зал, казалось, кружился вокруг нас.

Поцелуи. Лишь гребаные поцелуи, а я вот-вот кончу.