Строптивица и нахал

На мои хрупкие плечи ложится только все это терпеливо выслушивать.

Наконец-то телефон перестал звонить. Можно выдохнуть. Ненадолго, правда, через полчаса в комнате вновь раздастся знакомая мелодия.

– Что будешь делать? – подвинув стул, Соня уселась напротив. В этом вся она: при ее холодной, нордической, я бы сказала, красоте, быть доброй и мягкой. Переживать за близких людей, стараться помочь и поддержать. Она может быть просто рядом, но ты ощущаешь, что ей небезразлично все, что происходит с тобой.

– А что мне остается делать? Полечу на родину.

Если через неделю не вернусь, все мои счета папенька заблокирует, а потом прилетит и за шиворот утащит домой. Второй раз номер с поступлением не пройдет.

– Лан, ну, сколько раз тебе говорить? Ты не обязана выходить замуж за этого Тимура! Ты уже взрослый, самостоятельный человек, возьми и откажись!

– Соня, ты моего отца не знаешь?! Он каждый день об этой свадьбе напоминает. Нам словно поговорить больше не о чем. Мне эти три года, что я украла у судьбы, еще аукнутся.

Соня рассмеялась, вспомнив, как мне это удалось сделать. О своем поступлении ей я поведала чистую правду. В первые два года обучения в колледже умудрилась отложить приличную сумму наличных. Ежедневно снимая с карты на расходы, экономила и откладывала. Не было постоянных покупок в бутиках, кучи брендовых шмоток. Вот так и удалось скопить денег, хватило для оплаты трех лет в университете.

Узнав о том, что я поступила, отец кричал, угрожал, но, в конечном итоге, не сразу, но все же сдался.

Что было хоть и маленькой, но победой. Он сначала, конечно, заблокировал карты, вынуждая таким образом вернуться домой. Сдаваться не собиралась – пришлось искать подработку. После занятий я бежала покупать газету. А потом методично звонила по всем объявлениям и слышала в ответ, что уже взяли работника или я им не подхожу. Когда надежды уже не осталось, руки стали опускаться, мне наконец-то удалось устроиться работать официанткой в небольшое кафе. На расходы в это время денег практически не оставалось. Недальновидность сыграла со мной злую шутку.

Отец выжидал еще больше месяца, затем сжалился и разблокировал карту. Потом он еще долго удивлялся, почему я не кинулась сразу же тратить деньги. Папа был уверен, что у меня за это время скопились немалые долги. Не знаю кто, но некто ему настучал, что я официанткой работаю. Узнав об этом, отец не поленился прилететь и устроить скандал. Меня вежливо попросили уволиться.