Безрассудный (ЛП)

Впервые, когда мы встретились здесь с Кирой, я в шутку обвинил ее в преследовании. Я иногда занимался здесь после пробежки. Мы смеялись и шутили, и почти поцеловались тогда. В последнее время наши ""почти поцелуи"" участились. Быть рядом с ней невероятно приятно и больно одновременно. Боль и удовольствие скручивались в одно целое, теперь практически неразделимое для меня.

Я держал в одной руке кофе, а другой доставал плед из багажника. Был солнечный день, но прохладный. Зима стремительно приближалась.

Кира укуталась в объемную фиолетовую куртку и ее розовый от холода нос был почти в тон. У меня возникло странное желание потереться носом о ее, но я так и не сделал этого, не зная, разрешено ли это нашими правилами.

Мы нашли хорошее местечко на лужайке, где по большому счету никого не было, вдалеке бегали несколько человек, пытаясь согреться. Поставив кофе, я расстелил плед, приглашая Киру присесть.

Стараясь не разлить свой кофе, она аккуратно присела и улыбнулась. Перехватило дыхание от ее улыбки.

Несмотря на то, что Денни вернулся, Кира сияла всякий раз, когда смотрела на меня. Хотелось верить…но правда, кажется, на меня она смотрела по-особенному. Денни Кира не дарила такие улыбки. Ну, или не так часто, как мне. Фактически, они почти не проводили время вместе. Как-то на днях Денни отменил их совместный поход в кино. Кира злилась, но после пригласила меня, и мы отлично провели время.

Я старался не чувствовать себя виноватым из-за ослабевающей связи между ними.

Или хотя бы не испытывать счастье. Я убедил себя, что их отношения никак не связаны с нашими. Кира привязалась ко мне, и я был ей нужен.

Мы потягивали кофе в комфортной тишине. Кофе согревало, но Кира, сидящая рядом, грела куда сильнее. Ее тепло било куда-то в область сердца, растапливая самые темные и заледенелые уголки моей души. Просто находиться рядом с ней было счастьем.

Допив кофе, мы убрали в сторону стаканчики, и я взял в свои руки ее пальчики, теплые от горячего напитка.

Кира прервала тишину вопросом, и я, признаться, удивился, когда она спросила.

— Та песня, которую ты исполнял на прошлых выходных, такая невероятно напряженная… она ведь на самом деле не о женщине, правильно?"

"Я точно знал о какой песня шла речь. Она называлась «Я знаю» и я играл ее не так давно. В ней говорилось о насилии в отношениях. В этой песне было завуалированно мое прошлое. Я не думал, что Кира так внимательно слушала слова.