Скромница для злодея

И это все, что у них есть.

А завтра он исчезнет.

Фелисити снова подалась бедрами ему навстречу, наслаждаясь тем, как его естество прикасается к ее влажным складочкам, скользким, гладким, горячим, как солнце. Ее крику удовольствия вторил его стон, но он тут же отодвинулся и спустился ниже.

– Хочешь кончить еще раз, любовь моя?

Что он делает?

– Погоди! – воскликнула она.

Его губы были уже на ее животе. Фелисити попыталась сесть.

– Погоди, Девон.

Он потерся грубой щетиной о ее кожу.

– Я все сделаю сам.

Но не так, как этого хочет она. Не всем собой.

– Погоди, – повторила она, на этот раз согнув колено и отталкивая его, пытаясь сесть. – Нет.

Он прекратил мгновенно, отодвинувшись назад и положив ей на бедро влажную руку.

– Что такое?

– Этого я не хочу.

Большим пальцем он погладил ее теплое, мягкое бедро, и у Фелисити снова перехватило дыхание. А затем ее окатило теплой волной, когда он спросил, тихо и мрачно:

– Не хочешь?

Конечно, она хочет.

– Я имею в виду, не хочу одна. Хочу с тобой. Хочу, чтобы мы… – Она поколебалась, а затем как с обрыва спрыгнула: – Слились воедино.

Он мгновенно отпустил ее.

– Нет.

– Почему?

– Потому что если я прикоснусь к тебе, как… – Он осекся, отвел взгляд, посмотрел на стоящие вдалеке здания, темные на фоне звездного неба. Затем снова на нее. – Фелисити… если я возьму тебя… ты будешь обесчещена.

Подразумевалось, что грубое слово ее испугает и отпугнет.

– Ты сказал, что дашь мне все, чего я захочу. Я хочу этого. Хочу сегодня. С тобой. Все до конца. Всего тебя.

– Только не это. Я дам тебе все, кроме этого. – Его взгляд сделался затравленным.

– Почему?

– Фелисити. – Он начал подниматься. – Я не для тебя.

Она встала на колени.

– Почему?

– Потому что я родился бог знает где и заново родился тут, в грязи Ковент-Гардена. Я испачкан так, что уже не отмыться.

– Ты ошибаешься, – сказала она, протягивая к нему руки и не зная, что еще тут можно сделать. Он отпрянул. – Ты ошибаешься.

– Заверяю тебя – не ошибаюсь. То, что я делал… – Он помолчал, провел рукой по голове. – То, что я еще буду делать… – Он попятился. – Нет, Фелисити. Между нами все кончено. Одевайся, я отвезу тебя домой.