Скажи пчелам, что меня больше нет

Страшно представить, какое бедствие могла бы учинить там банда голодных пленников!

Джейми покачал головой. Он гипнотизировал взглядом потолочные балки, чтобы не видеть мои манипуляции.

— Нет, я сказал Бобби связать всех, кого они поймают, и бросить в свиной хлев в пещере.

— Господи Иисусе. А что, если Белая Свинья решит вдруг туда наведаться?

Хотя легендарная Гроза Риджа не захотела устраивать логово под фундаментом Нового дома — и слава богу! — она все еще бродила по окрестным горам, набивая брюхо каштанами и всем, что ей казалось аппетитным.

— Превратности войны, — бессердечно ответил Джейми. — Нечего было вставать на сторону того, кто не видит разницы между Богом и королем. — Он охнул от боли.

— Большая часть уже позади, — подбодрила я. — Что до капитана… большинство лоялистов убеждены: раз король — избранник Божий, то его интересы совпадают с волей Всевышнего.

Джейми издал глухой рык и заерзал, но вскоре снова замер и осторожно вдохнул.

— Хорошо. Когда я наконец сориентировался, то понял, что нахожусь неподалеку от хижины Тома Маклауда, и решил переждать там. Кстати, Гиллебрайд сказал, что у Тома сломан нос? Я начал пробираться сквозь заросли по колено в грязи; то и дело мелькали молнии, помогая не сбиться с дороги. Вдруг оглушительный раскат грома расколол небо, и меня ослепило гигантской вспышкой молнии, а дождь превратился в град.

— Ясно. Ты же говорил, что выстрелил в него?

— Пытался.

— Напрасно сомневаешься, — заметила я, беря новую нить. — Я вынула пулю у него из предплечья.

— Хорошо. Саксоночка, можно мне хотя бы малюсенький глоточек?

— Можно. Раз уж ты лежишь в кровати.

Зашивая рану, я совершенно не замечала ничего вокруг, однако, когда поднялась, чтобы налить виски, услышала внизу голоса. Очень громкие.