Скажи пчелам, что меня больше нет

Внезапно за спиной Уильяма вспыхнуло мягкое свечение, и она увидела, что индеец зажег огарок свечи. Он перевернул глиняный горшок, наклонил свечу над донышком, а потом воткнул ее в расплавленный воск и держал, пока воск не затвердел.

— Извините, вначале следовало спросить, не хотите ли вы облегчиться. — Синнамон виновато поглядел на нее. — Только здесь больше некуда поставить свечку.

— Нет, — сказала она и тряхнула головой, чтобы прояснить мысли. — Все в порядке. Есть что-нибудь попить?

Бри почти ничего не пила весь день и теперь, несмотря на всепоглощающую сырость, чувствовала сухость в горле.

Лейтенант Хэнсон раздобыл несколько бутылок пива, ломтики холодной жареной свинины с прослойкой жира, буханку сухого темного хлеба, горшочек крепкой горчицы и большой кусок раскрошившегося сыра. Ничего вкуснее Брианна в жизни не ела.

Никто не разговаривал: мужчины жевали с такой же сосредоточенностью. Проглотив последнюю крошку, она распласталась на одеяле, закуталась в плащ и уснула, не проронив ни слова.

Брианна грезила между сном и явью, будто в лихорадке. Ей снились мужчины. Мужчины-тени, застывшие от горя. Мужчины за работой — пот стекает по голым рукам, спины покрыты шрамами. Мужчины идут шеренгами, их мундиры черны от сырости и грязи, так что неясно, кто они. Крошечный мальчик приник к ее груди, не подозревая, что все тщетно.

Время от времени она ненадолго просыпалась, не выныривая на поверхность, и вновь погружалась в сон, чувствуя запахи людей и куриц; человек с такими же, как у них, странными короткими крыльями летел вверх, к солнцу…

Бри медленно проснулась от ощущения трепета крыльев в груди.

— Проклятье, — тихо сказала она и сильно прижала ладонь к грудной клетке. Как обычно, это не помогло, и какое-то время она неподвижно лежала на боку, делая неглубокие вдохи в надежде, что все прекратится. В футе от себя она различила в темноте лицо брата, спящего на другом тюфяке.

Дождь перестал, ветер стих, и было слышно, как с карниза капает вода. Лунный свет лился сквозь щели в стене, то появляясь, то исчезая за наплывающими облаками.

Брианна осторожно вдохнула и медленно села, чтобы не разбудить Уильяма, но он спал как убитый, его рослое тело обмякло от усталости.

— Хотите пить? — раздался тихий голос справа. — Есть вода."

"— Пожалуйста. — Язык Бри с сухим щелчком отлепился от нёба.

Она потянулась к огромной тени, в которой угадывался Джон Синнамон.