Скажи пчелам, что меня больше нет

— Вот ты где! — В несколько больших шагов он добрался до Рэйчел и сжал ее в объятиях. — Я уж думал, не наткнулась ли ты на змею в уборной, так долго тебя не было. — Он вдруг пристально посмотрел на нее с внезапным беспокойством. — Все в порядке? Съела что-нибудь не то?

— Еда здесь ни при чем, — сказала Рэйчел. Ей хотелось прижаться к мужу, но груди так остро реагировали на любое прикосновение, что она отстранилась. — Йен…

— Мальчонка тебя зовет. — Он качнул головой в сторону дома. И правда: с того места, где они стояли, Рэйчел услышала плач Огги; из груди тут же потекло молоко.

— Видишь, — сказал он Огги, когда Рэйчел подхватила того на руки, — я же говорил, что Mammaidh не даст тебе умереть с голоду.

Они были в комнате для гостей, отведенной для них Кэтрин, когда Брант передал послание от Вакьотейеснонсы. Рэйчел опустилась на кровать, одной рукой расшнуровывая корсет. Огги тут же заглотил свободный сосок, как голодный аллигатор, и вопли резко прекратились.

— А сахему приглянулась мама, — сказал Йен во внезапно наступившей тишине. — Он вызвал ее посостязаться — на пистолетах с десяти шагов.

— Посостязаться или на дуэль? — спросила Рэйчел и с блаженным облегчением прикрыла глаза, когда потекло молоко. Со свободной груди капало, но ей было все равно.

— Не важно. Я поставил пять против одного на маму, — рассмеялся Йен. — Мой дед научил ее стрелять, а дядя Джейми и отец, когда были мальчишками, водили ее на болота охотиться на кроликов и куропаток.

— С кем ты поспорил? С Джозефом Брантом или сахемом?

— С Тайенданегеа, конечно. В чем дело, малышка?

Открыв глаза, Рэйчел увидела лицо мужа совсем рядом, почувствовала тепло его тела в холодной комнате и прижалась ближе.

— Я так понимаю, ты не в курсе, что муж Друга Сильвии здесь?

Йен удивленно моргнул.

— Что?.. Разве он не умер?

— К сожалению, нет. Он здесь.

— К сожалению?.. — медленно повторил Йен и поднял одну бровь. — Почему ты считаешь, что ему лучше умереть?

Рэйчел тяжело вздохнула, и Огги, испустив недовольный возглас, вцепился еще сильнее.

— Ой! Я не против, чтобы бедолага оставался в живых. Трудность в том, что он здесь.

Рэйчел коротко пересказала случившееся.

— И что насчет Пейшенс и Пруденс? — спросила она, усаживая Огги к себе на колени.