Скажи пчелам, что меня больше нет

 — Нет, мы знаем, что это обычный врожденный порок сердца. Patent ductus arteriosus[136], как сказала твоя мама. Ты здесь ни при чем.

Брианне хотелось ему верить, но сомнения и мысли, которые она держала в себе несколько месяцев, вырвались наружу.

— Твой прапра… дед. Бак. У него ведь были проблемы с сердцем?

Лицо Роджера мгновенно напряглось.

— Да, — осторожно произнес он. — Но мы связали это с прохождением через камни. — Он непроизвольно потянулся к собственной груди и медленно потер ее. — У него случился… приступ, припадок… сразу после того, как мы прошли.

Бри теперь дышалось легче. Рациональный подход к проблеме каким-то образом отсекал эмоции. Возможно, поэтому говорят, что нужно досчитать до десяти, когда ты расстроен.

— Вот бы его расспросить. Правда, — она коснулась своей груди, где теперь тихо билось непокорное сердце, — в то время ничего подобного я не испытывала.

Брианна видела, что Роджер чего-то недоговаривает, но прекрасно знала, о чем он подумал, — она и сама пришла к такому же логическому заключению.

— Может… вред, назовем его так, становится тем значительней, чем чаще ты путешествуешь во времени?"

"— Господи, не знаю. — Он взглянул в сторону дороги. Из леса за ней доносились слабые детские голоса. — Похоже, это не повредило Джему или… мне. Или твоей маме. Но я вот о чем подумал: Клэр проходила через камни, будучи беременной тобой. Может, в этом дело?.

Он нежно коснулся груди жены.

— Слишком маленькая выборка. — Она нервно рассмеялась. — И я не путешествовала, будучи беременной Мэнди. Не волнуйся. Мама сказала, для человека моего возраста и физического состояния вероятность инсульта ничтожно мала. Что же до беременности…

— Бри. — Роджер встал, поднял ее на ноги и посмотрел в глаза. — Я серьезно, m’aoibhneas. Я бы никогда не подверг риску твою жизнь, здоровье или… счастье. — Он наклонил голову так, что они соприкоснулись лбами, глядя друг на друга, и почувствовал ее улыбку.

Брианна рассмеялась, хотя слезы все еще блестели в уголках ее глаз. Она крепко сжала его ладони, потом отпустила и полезла в карман за носовым платком.

— M’aoibhneas? — спросила Бри, вытряхивая платок и вытирая нос. — Этого слова я не знаю.