Шестое правило дворянина

Отвечать Морозов не стал, а молча пошел по газону своей неуклюжей, переваливающейся походкой. Болотов еще какое-то время смотрел ему в спину, а затем звонко треснул кулаком по столу:

— Вот сука!

Глава 25

Испанское королевство.

Остров Пальма.

Резиденция Хавьера Рабадана.

Получив письмо от графа Владимира Михайловича Соколова, глава ордена «Люди Браво» Хавьер Рабадан удивился настолько сильно, что целый час после этого находился в растерянности. Состояние для него весьма несвойственное и непривычное — обычно он гораздо быстрее собирался с мыслями, но здесь был исключительный случай.

С момента неудачного покушения на этого парня все настолько быстро и стремительно изменилось, что Кардинал с трудом поспевал следить за развитием событий.

Казалось, еще совсем недавно он собирался поговорить с Леонором де Линьола об одном и вот уже Соколову пожаловали графа. Это существенно меняет ситуацию, а значит разговаривать с Испанцем нужно совсем о других суммах."

"Когда они договаривались об устранении виконта — это одно, а граф — совершенно другое.

В какой-то момент ему даже уже не хотелось денег, которые он мог содрать с Испанца за этот заказ. Кардинал был очень умным человеком и не случайно дожил до седины в висках, а потому прекрасно знал — когда от заказа начинает неприятно пахнуть, то скорее всего так оно и есть.

Он любил деньги, но предпочитал добывать их менее рискованным путем. Между многочисленными аристократическими родами всегда имелось место для хорошей кровной войны, а значит находилось занятие и для его ордена.

Обычно риск в подобных делах был самым минимальным. Древние фамилии редко обращались к нему — они предпочитали решать вопросы между собой на дуэлях.

Кардинал справедливо полагал, что и на этот раз все выйдет примерно так же, но нет… Соколов оказался крепким орешком, да еще и с сюрпризом внутри. Кто знал, что этот щенок ухлопает двух его парней, а спустя всего несколько дней еще и станет графом?

Ну а после того, как он получил гербовый конверт с вензелем рода Соколовых, надежды на то, что дело удастся уладить быстро и мирно — таяли буквально на глазах.