Северный дракон

Вот скажи, что мне делать, ежели вдруг я какого бандита на месте преступления застану? К примеру, захожу в дом, а он там бабу насильничает. Что? В суд его тащить? И где я тебе тот суд тут найду?

– Ну, так-то да. К стенке, – решительно кивнул Леха. – Но тут особый случай. А ежели политика?

– В каком смысле? – снова растерялся Сергей.

– Ну, вот приметил ты, что в селе всякие листовки появились. Кто, не знаешь. Заходишь, к примеру, в дом какой, а там листовка лежит. Ты хозяина за грудки, а он тебе: на цигарки взял.

Все одно бумага. Так что, и его к стенке?

– Ну, ты дураком-то не прикидывайся, – фыркнул чекист. – Понятно, что с таким делом разбираться будем.

– Ну, хоть так, – задумчиво проворчал Леха.

– М-да, трудно нам с тобой будет, – вздохнул товарищ Сергей.

– Чего это? – не понял Леха.

– А у тебя на все свое мнение есть. И убедить тебя сложно. Но это и хорошо. В нашей службе нужны люди цельные, умеющие на вещи своими глазами смотреть.

– Что-то ты меня совсем запутал.

То тяжело, то хорошо, – проворчал Леха. – Ты мне вот что скажи. Тебе моя служба нужна?

– А сам как думаешь? С чего бы я в тебя, словно клещ, вцепился, не будь ты мне так нужен, – рассмеялся товарищ Сергей. – Тут вопрос не в том, что не нужен, а в том, что ты слишком независим. И это очень плохо.

– Погоди. Выходит, ты жалеешь, что меня к твоей службе привязать нечем? – сообразил Леха.

– Ну да, – несколько смутился чекист.

Ему действительно нравился этот простой, цельный парень, умеющий столько всего необычного, но при этом остающийся самим собой.

У Лехи не было того, что обычно присуще парням в его возрасте, умеющим что-то лучше других. Заносчивости. Всю свою прежнюю жизнь он учился и готовился к тому, что в один прекрасный день заменит в строю своего отца. Но из-за случившейся в стране революции оказался на обочине дороги. Без семьи, перспектив и цели в жизни.

У самого товарища Сергея своей семьи не сложилось, хотя иногда он мечтал иметь жену и детей.

Поэтому, познакомившись с Лехой, чекист вдруг понял, что все чаще начинает думать о нем не как о подчиненном, а как о собственном сыне. Это удивляло и немного пугало его. Ведь Леха всегда помнил свою семью и отказывать от своего происхождения не собирался. Наоборот. При каждом удобном случае парень твердо заявлял, что он родовой казак, и никем другим не будет.

– А зачем меня привязывать? – между тем спросил парень. – Я ж не лошадь.