Сердце просит счастья

 – Идемте, Ольга Матвеевна, я покажу вам самые выдающиеся и уникальные экспонаты. Это надо смотреть! – заговаривал он женщину.

– Андрей? – обернулась та, позвав замешкавшегося Барташова.

– Иду, – кивнул тот, не отрывая взгляда от лица Миры.

Они стояли и смотрели друг на друга.

Вот так стояли и смотрели. Закрытые, как забралом от разрывающих все внутри эмоций, застывшие, окаменевшие два лица – только живые взгляды в перекрестье."

"Мира сделала шаг… второй… третий и, миновав Барташова, застывшего статуей, пошла к выходу.

Она не чувствовала холода в распахнутой шубе и с неприкрытой головой, она сейчас вообще не чувствовала ничего – только то, что билось, кричало, горело у нее внутри.

Мира достала смартфон и вызвала такси.

Она вошла в дом, скинула шубу и куда-то сунула ее и теплую шаль, что держала в руках, не глядя, туда же, в неизвестность, уронила сумку, стянула сапоги уже по дороге в комнату один за другим, теряя их в черноте неосвещенной квартиры.

И остановилась посреди комнаты, прислушиваясь к себе.

Постояла так и вдруг заспешила – включила бра на стене, торшер у дивана и, сделав полный круг по комнате, снова застыла в центре.

Входная дверь на площадку оставалась приоткрытой, и оттуда тянуло морозным сквознячком по ногам, а Мира стояла и ждала, не обращая на это внимания…

Дверь скрипнула и закрылась, щелкнул, запираясь, замок, послышались шаги по коридору.

Совсем близко.

Это было сильнее их. Сильней любой их воли, разума, железных доводов рассудка и предрассудков, сильнее любых страхов, правил и желаний. И нежеланий.

Оно властвовало над ними, над их душами и телами.

И не имело никакого отношения к страсти.

Мира вздохнула, и Андрей сделал последние полшага, разделявшие их, положил ладонь ей на затылок, чуть запрокинул ее голову, наклонился и вгляделся в глаза. Совсем близко.

А потом медленно прижал к себе и обнял, а она подняла руки и обхватила его за спину. Стояли так, обнявшись и прижимаясь друг к другу. Это оказалось так по-новому для него, так по-особенному, то, что она не большая, не вровень с ним, и вся сразу очутилась в его объятиях.

Целиком.