Сердце просит счастья

И папе важно и нужно в жизни, чтобы его любили, о нем заботились, обнимали и целовали. Тогда это будет его любимая женщина и жена и тогда он будет счастлив. И ты обязательно подружишься с его новой женой, и все у вас будет хорошо. А у меня когда-нибудь будет муж, который будет любить меня и заботиться обо мне, а я о нем. У вас своя семья, а у меня своя.

– Нет, пусть ты папу обнимаешь и заботишься, а он тебя обнимает и заботится, и будет вся наша семья, а не разная! – возражал упорно Петька, не соглашаясь ни с какими доводами.

– Так, понятно, – вздохнула Мира. – Консенсуса мы не достигнем. – И посмотрела на надутого, недовольного Петьку: – Пусть тебе папа объясняет, почему нам нельзя общаться, у него наверняка лучше получится.

– Ни у кого ничего не получится, – ворчал Петька.

– Знаешь, что, – спросила его Мира, – давай лучше рисовать?

– И почитаем! – сразу же взбодрился малыш.

– И почитаем, – махнула безнадежно рукой она.

Лариса Максимовна звонила несколько раз, все спрашивала, как Петенька, и разговаривала с ним, а тот восторженно рассказывал ей, как принимал душ и как они пели песенки и лепили вареники, а потом их ели и что он рисует…

– Лариса Максимовна, – в очередной ее звонок спросила Мира.

– Не надо везти, Мирочка, Андрюша сказал, что сам его заберет. Он скоро к вам приедет.

– Хорошо, – выдержала ровный, нейтральный тон Мира и попрощалась.

– Значит, сам скоро приедет… – повторила она задумчиво, чувствуя, как кровь прилила к щекам и застучало-застучало сердце.

Петруша засыпал, и Мира отвела его в спальню и устроила на кровати, привычно обложив подушками с краю для безопасности. Постояла рядом, посмотрела на него, спящего, чувствуя щемящую нежность и что-то огромное, глубокое, как жизнь, тихонько погладила его по голове, поцеловала и вышла из комнаты.

Вернулась в кухню, налила себе морса и села за стол, погрузившись полностью в свои размышления.

Ну, о чем, о чем? О ком!

– Значит, тетя Оля с папаней больше не живет, – произнесла Мира вслух и не удержалась от язвительности: – А что такое? Не пришлась королевишна?

Как бы она ни язвила и ни хорохорилась, но ее ощутимо потрясывало мелкой дрожью в предвкушении встречи, сердце совсем распоясалось и вытворяло, что хотело – то бухало, то морзянку отбивало, то затихало испуганно.

И она ужасно, просто ужасно нервничала… и ждала, ждала этой встречи, всем своим существом устремляясь к нему.