Рождественский поцелуй

– Сколько вы сегодня выпили?

– Всего полтора бокала глинтвейна. На скучных обедах в Лондоне я пила гораздо больше. Так что не переживайте, я не настолько пьяна. – Она подняла бокал. – Но вы снова пытаетесь сменить тему, и я…

– Обещаю, что не стану этого делать.

– Тогда отвечайте на вопрос.

– Правда состоит в том, что вы меня интересуете. И даже очень. Я думал, что наши поцелуи помогут вам догадаться об этом. – Он улыбнулся. – Но вы правы. Я считаю, что мне не стоит этого делать.

Реджина вздернула подбородок, и ее глаза вспыхнули решимостью.

– Но почему?

Даффин провел рукой по лбу.

– Причин несколько. Ваша грядущая помолвка, моя дружба с вашим кузеном и… – Он тяжело вздохнул. – В общем, я не тот, за кого вы меня принимаете.

Реджина погладила его по щеке.

– Я знаю, кто ты такой, Даффин. И я хочу тебя. Скажи, что ты меня не хочешь, и я больше никогда не стану поднимать эту тему.

Даффин приподнял лицо Реджины за подбородок.

– Дорогая, ты могла бы соблазнить даже святого. Конечно же я тебя хочу.

По ее лицу медленно разлилась довольная улыбка.

– Что бы ты сказал, если бы я призналась тебе, что хочу большего?

Здравый смысл бил в колокола, но переполнявшие Даффина эмоции заглушали голос разума. Даффин прижался лбом к ее лбу и произнес:

– Я бы ответил: приходи в мою спальню после полуночи.

Даффин проводил Реджину в гостиную, где ее без сомнения заждались родные, после чего удалился в свою спальню, с трудом справляясь с охватившим его возбуждением. Конечно же, он совершил ошибку, пригласив Реджину к себе, но она хотела большего, и он тоже.

Вскоре после того, как часы пробили полночь, раздался тихий стук в дверь, который вывел его из раздумий.

В коридоре стояла Реджина. Пеньюар съехал с плеч, а в руке она по прежнему держала бокал. Ее восхитительные волосы волнами ниспадали на спину. При виде этого зрелища в горле у Даффина пересохло.