Роковая ночь

И вот в дороге он повстречал гонца наместника, который сказал ему:

— О господин, бесполезно вам ехать в Басру, потому что юный Абу-л-Касем умер и вот уже два дня как похоронен.

Джафар, который надеялся обрадовать Абу-л-Касема грамотой о назначении его правителем Басры, преисполнился печали. Из глаз его полились слезы. Полагая, что продолжать путешествие теперь бесполезно, он повернул назад, в Багдад.

По приезде в Багдад он вместе с гонцом явился ко двору.

— Ах, Джафар, — сказал халиф, — твое быстрое возвращение предвещает недоброе.

— Повелитель правоверных, — ответил везир, — Абу-л-Касем скончался.

При этом известии Харун упал с трона и некоторое время не подавал признаков жизни. Придя в себя, он взглянул на гонца и потребовал послание наместника. Халиф прочел его с большим вниманием, а потом, уединившись с Джафаром, сказал ему, показав письмо наместника Басры:

— Все это не очень-то похоже на правду. Боюсь, что он с Абу-л-Фатхом извел юношу.

Джафар был того же мнения и ответил:

— Государь, я полагаю, что наместника с его везиром надлежит взять под стражу.

— Тогда, — сказал Харун, — бери конный отряд в десять тысяч, поезжай прямо в Басру, схвати этих двух преступников и доставь их ко мне. Я отомщу за гибель самого благородного человека на свете.

Джафар повиновался и выступил в поход на Басру.

БЕГСТВО АБУ-Л-КАСЕМА И БЛАГОДАРНОСТЬ БАЛКИС

Теперь вернемся к юноше. Он долго лежал без чувств, а когда стал приходить в себя, ощутил, что кто-то вынимает его из гроба и кладет на землю.

— Не старайся понапрасну! Что бы ты ни сделал, я не открою тебе свою тайну!

— Не бойся, — ответил кто-то, — мы пришли для того, чтобы освободить тебя.

Тут юноша открыл глаза и, увидев перед собой ту самую девушку, которой показывал свои сокровища, сказал:

— О госпожа, не вам ли я обязан спасением?

— Да, господин, — ответила она, — мне и правителю Али, моему возлюбленному, который помогает мне.

"— Это правда, — сказал Али, — я скорее готов тысячекратно рискнуть своей жизнью, чем позволить умереть такому замечательному человеку, как вы.

Когда благодаря целебному снадобью силы вернулись к Абу-л-Касему, Балкис обратилась к нему так:

— Господин, — сказала она, — я — дочь везира, и ложное известие о вашей смерти не ввело меня в заблуждение.