Развод. Ты разрушил нас

А так как семья у нас довольно богатая и известная во всей стране, за новой женой дело не стало — отец быстро нашел замену маме.

Светлана появилась в нашем доме с трехлетней дочкой на руках, и один бог знает, чем она взяла отца, ведь Александра не имеет к моему отцу никакого отношения.

С самого начала Светлана четко разыграла карты, сделав из нас — родных детей отца — бастардов, а из своей дочери — главную наследницу.

В жопу эти игры богатых людей, я просто хочу тишины.

Но это пока невозможно, потому как отец…

— Здравствуй, Артем, — жмет ему руку.

Сухо и коротко целует меня. Киваем с братом отцу.

Он пристально окидывает нас взглядом. Вообще он отлично выглядит. Ему шестьдесят, но десяток лет смело можно скинуть.

— Привет, отец, — Тема выходит немного вперед, пытаясь закрыть меня собой.

— Ксения, мне нужно поговорить с тобой. Сейчас.

— Хорошо, — отвечаю, хотя это был не вопрос.

Тема явно хочет пойти со мной, но я останавливаю его, иду за отцом в его кабинет. Он садится за стол, я остаюсь стоять, сесть мне никто не предложил.

— Я слышал, что ты подала на развод. — Я не удивлена, ведь у отца везде свои уши. — Могу сказать одно: я знал, что этим и закончится. Твой плебей рано или поздно сорвался бы и показал свою натуру.

Глотаю его слова. Молчу. Хотя хочется кричать о том, кто тут плебей. О том, кто на самом деле показывает свою натуру. О том, что тут полон дом стервятников, которые ненавидят нас с Артемом, а также все, что связано с нашими именами.

— Это хорошо.

Не то чтобы я переживала ранее по этому поводу.

— В связи с тем, что ты теперь свободна, у меня есть для тебя новая кандидатура в мужья. Это очень богатый и влиятельный человек. Мы с его отцом давно ведем переговоры о сотрудничестве, но никак не могли найти точек соприкосновения. Думаю, твой брак с сыном моего будущего партнера будет идеальным вариантом.

Мне кажется, я оглохла. Мне кажется, кто-то переломил мне хребет и у меня отказали ноги, руки, все тело.

Глава 17

Ксюша

— Я люблю его и выйду за него замуж! — твержу уверенно.

На лице у отца словно каменная непроницаемая маска.

— Ты глупая девчонка, — произносит он с досадой. — Хотя, знаешь, я не удивлен. Ты всегда тянула домой котов и псин с улицы. Тебе их было жалко. Сердобольная ты моя доченька, — качает головой, будто мне два, а не двадцать.