Прости себе меня

От рассвета до заката проторчал дома. Время от времени подходил к окну, чтобы взглянуть на соседский дом, крыша которого выглядывала из-за забора. Выходил курить на балкон, откуда вид был гораздо лучше. Он видел двор и окна первого этажа. Видел её автомобиль во дворе. А это означало, что Муха тоже прячется в доме.

В десять утра он пронаблюдал за тем, как её мать уезжает на работу, оставляя дочурку снова одну.

И ждал.

Сам не знает, что именно.

Но ему казалось, что в её маленькой головке зреет какой-то план.

Или напоминать...

Он бы многое сейчас отдал, чтобы увидеть её. Пропустить через себя ненависть, которой она его окатывает при одном взгляде. Проглотить её яд. Смаковать его.

— Точно нормально? — интересуется Тимоха, когда Егор садится рядом на пассажирское сиденье, — в больничку не нужно?

— Прикалываешься? — гнёт уцелевшую в поединке бровь и усмехается, — только там меня не хватало.

— Ну, по голове тебе не хило прилетело! Я, если честно, так и понял, с чего вдруг ты снова в бойню полез? Если тот парень очухался, то это не значит, что можно расслабиться, Гор.

— Ты мне мамочка? — огрызнулся парень, чувствуя, как с его лица сползает ухмылка.

— Нет! Просто тебе высовываться сейчас не следует, Гора...

— Бля, Тим! — Егор потёр переносицу, надеясь, что это прогонит головную боль. Возможно, у него сотрясение. Но сейчас это было совсем неважно, — просто отвези меня домой.

— А что твои предки скажут?!

— Ничего, — отмахнулся, не в силах больше думать ни о ком. В башке только Ксенакис. Он не может уловить её присутствие по соседству уже третий день. Долго она прятаться будет? Что у неё в голове?

— Да, конечно... — не унимался Тима, — посмотрят на твою рожу, и скажут, что всё заебись!

— Они сегодня утром смотались в долгожданный отпуск. — опустил затылок на мягкий подголовник, — Так что, поехали уже.

...

Смотря на алеющую кромку леса вдалеке, Дани опустила подбородок на колени и тяжело вздохнула.

Она с трудом смотрела маме в глаза. Открывала рот, чтобы задать вопрос, душащий её третьи сутки, но замолкала на полуслове. Она не могла. У неё просто не поворачивался язык. Что спросить?

Что связывает тебя и Эдика?

Ты с ним спишь?

Вы любовники?

Что между вами?

Ты обманываешь отца?

Господи! Она места себе не находила...