Проникновение

 — Хороший зов был, огненный! Все почуяли, все приняли… И дети теперь родятся сильные, и мы будем здоровенькие и крепкие! Если бы не нападение, в Нероальдафе уже пир бы устроили…

— Что? — я вцепилась в ткань юбки. — Значит… зов хёгга ощущают все в крепости?

— Ну, тебе-то точно досталось больше других, — хмыкнула Ирга. — Даже страшно — столько-то пламени, так и сгореть можно… Но и остальные почуяли, конечно. Как же иначе? Чем мощнее зов, тем крепче дети, так что ночью все заняты были… Да что ты так смотришь, словно и не знала о таком? Странная ты, чужачка! Откуда только такая! Тащат к нам не пойми кого, а мне тут объяснять…

Бормоча себе под нос, Ирга поволокла меня вниз по лестнице.

Похоже, убежище располагалось в подвале… Я же судорожно пыталась осмыслить новые данные. Выходит, ментальное воздействие дракона имеет значение для всей общины. И все, проживающие рядом, ощущают его. И знают, когда он… кого-то зовет. Отлично.

Скрипнула зубами. И побежала в другую сторону, прочь от ступеней в темное подземелье.

— Стой! Ты куда! Чужачка!

— Не люблю подвалы, — на ходу бросила я. Подобрала юбку и ускорилась, не обращая внимания на вопли за спиной. Ирга кого-то звала, но, похоже, все воины сейчас были заняты нападением и им было не до салочек с пленницей риара.

Чем я и воспользовалась. Юркнула за угол, выскочила из крепости, пробежала под низкими навесами непонятного назначения… По мощеным улочкам Нероальдафе носились люди, хотя особой паники я не замечала. Скорее — деловитую собранность.

Женщины загоняли в хлева скотину, запирали двери и ставни домов, прятались. Мужчины споро тащили к стене орудия и снаряды, другие, в кожаных доспехах с металлическими пластинами, бежали к закрытым воротам, придерживая оружие. Никто не орал «Мы погибнем!» и «Все пропало!», никто не голосил от ужаса. Каждый занимался своим делом, и это лишь подтверждало, что подобные нападения здесь не редкость.

Я тоже понеслась к стене, вслед за мужчинами, пытаясь не привлекать к себе внимания.

Но им действительно сейчас было не до меня, лишь один пожилой ильх зыркнул из-под кустистых бровей и рявкнул:

— Куда несешься, дурная? Укрытие в другой стороне!

Я истошно закивала и, когда мужик скрылся, метнулась к стене, на которой стояли воины. Через каждые двадцать метров наверх вела приставная лесенка. Огромная пасть каменной головы захлопнулась, железные ворота теперь закрывали вход. И тут над городом понесся дикий рев.