Проклятые

Сразу вспомнился тот вечер и то, что между ними произошло. Вернее то, что едва не произошло.

Он расслабленно откинулся на стуле, лениво дымя сигаретой.

— Сделай мне кофе, — вдруг попросил он. — Пожалуйста.

— Кофе — на ночь? Спать не будешь, — ухмыльнулась Кэрол, но все же встала и достала из шкафчика турку.

Пока она варила кофе, ей казалось, что чувствует на себе его взгляд, но не решалась повернуться, чтобы в этом убедиться. Смотрит. Почему он смотрит, о чем думает? Кэрол разволновалась еще сильнее.

Когда она повернулась и поставила перед ним чашку с кофе, он поблагодарил ее легкой улыбкой. Потушив сигарету, он пригубил горячий напиток, прикрыв от удовольствия глаза. Когда он оторвался от чашки, она была пуста. Поднявшись, он сполоснул ее под краном.

— Пойдем спать. Завтра тяжелый день. Где я могу лечь?

— В зале.

— Тогда спокойной ночи, — он вышел из кухни и отправился в отведенную для него комнату.

— Спокойной ночи, — сказала Кэрол ему вслед и, выключив свет, пошла в спальню Моники.

Но она не смогла заставить себя лечь в ее постель. Подобрав ноги и укрывшись пледом, Кэрол устроилась в кресле.

Она вообще чувствовала себя не в своей тарелке здесь. Еще сегодня Моника провожала ее, когда она уходила, а теперь этой доброй женщины нет, а они с Джеком здесь, в ее квартире, хозяйничают.

Кэрол было страшно. Казалось, она все еще слышит голос Моники, ее шаги. Вот-вот откроется дверь, и она войдет и спросит, что они здесь делают в ее отсутствие.

Не выдержав, девушка зажгла торшер.

Глупая трусливая девчонка, ведет себя как ребенок. Нагоняет сама на себя всякие нелепые страхи. Вот бы Эмми над ней посмеялась! Эмми никогда ничего не боялась. А она, Кэрол, так и не научилась бороться со своими страхами."

"Кэрол планировала с утра отправиться в больницу, к Мэтту, но Джек вдруг возмутился тем, что она со своим женихом хотят взвалить на него все то, что обязаны делать сами.

— Это, вообще-то, не моя мать, чтобы я занимался ее погребением! — рявкнул он на Кэрол, когда они утром пили кофе на кухне.

Кэрол покраснела, понимая, что он прав и его возмущение понятно.